— Что? — слабым голосом отозвался Кирилл. — Что?! Ах, правда, я как-то забыл… Конечно-конечно…

Следующий час Кирилл приставал к Даше и Авроре с вопросом: «А что она мне скажет?» — и девушки уже по привычке бубнили одну и ту же фразу насчет того, что все будет хорошо, пока не пришла Василиса и не посмотрела на него так, словно он продал Родину за пачку ирисок.

— Я этого не переживу… — застонал Кирилл.

Но Вася распахнула дверь, собственноручно выставила его вон, как-то неумело подмигнула девушкам и сказала:

— Так и быть, не скажу, что вы надевали ее туфли.

— А ты откуда знаешь? — воскликнула Даша. Видно было, что она перепугалась.

— А я по ночам за вами следила, — без тени смущения призналась Вася.

— Ну, ты даешь! — возмутилась Аврора, но Даша уже потащила ее прочь из квартиры.

Они молча, если не считать беспрестанного нытья Кирилла, добрались до места. На подъезде к дому Кирилл вдруг прекратил скулить, а потом, уже у дверей, вцепился Авроре в руку и попросил:

— Не бросайте меня, пожалуйста…

Нина открыла быстро — словно ждала у дверей, с ног до головы осмотрела дядю и закричала:

— Мила! Кирилла привезли!

Мила с грохотом спустилась со второго этажа — на ней был черный кашемировый пуловер, чулки, кружевные трусики и высоченные шпильки, благодаря которым она два раза чуть не навернулась с лестницы.

— Бог ты мой! Мой развратный подлый муж вернулся! — воскликнула она. — Мужчина, который предал меня ради короткой интрижки с сексапильной тупой блондинкой! О боже, разве не об этом я мечтала всю жизнь? Дорогой! — Она распахнула объятия. — Спасибо тебе за эти муки, за сомнения, за неуверенность в завтрашнем дне, за одиночество, за страх смерти и старости! Без тебя моя жизнь была бы пресной и скучной! Иди ко мне…

И они бросились друг к другу.

— Она серьезно? — прошептала Аврора.

— Конечно, — усмехнулась Даша. — Она ведь взбалмошная истеричка, неисправимый романтик и не от мира сего! Моя семья…

— А эта… повариха… гм… до сих пор здесь? — промямлил дядя.

Аврора с Дашей с надеждой посмотрели на Милу и вдруг вспомнили, что вчера так и не дождались заказанной еды — суши.

— Твою мать! — Даша хлопнула себя по лбу. — Бедный этот ресторан! Интересно, курьер нас долго ждал?

— Мы же можем перевести им деньги… — промямлила Аврора.

— Нет! — радостно воскликнула Мила. — Халида уехала! — Она незаметно подмигнула девушкам. — У нас теперь Вера Ивановна!

Она повела всех на кухню, и Аврора с Дашей разомлели, еще в коридоре унюхав аромат чего-то вкусного — то ли пирожков, то ли блинчиков… На кухне все изменилась: вместо суровой пещерной обстановки — бледно-зеленые деревянные ящики, яркий узорчатый кафель, веселые кастрюльки, но главное — толстая румяная женщина средних лет в клетчатом переднике! Такая положительная фрекен Бок! И запах…

Женщина обернулась на шум, заохала, заахала, захлопотала:

— Ой, Людмилочка, я тут борща наготовила… а вот тут у меня судачок в икорном соусе… ну, и блинчики по-гурьевски с семужкой… Сама, сама солила, Людмилочка, все домашнее…

Кирилл схватился за сердце.

— Вера Ивановна! Вы мне снитесь? Это сон? — спросил он у Нины. — Вера Ивановна! Дайте я вас поцелую! — С этими словами он рухнул в объятия смущенной поварихи и провел в них довольно много времени.

— Обедать будете? — спросила раскрасневшаяся Вера Ивановна, отцепив от себя хозяина.

Все дружно загалдели и решили есть прямо на кухне. Вера Ивановна с воодушевлением поддержала идею, накрыла на стол, налила всем борща и, затаив дыхание, наблюдала за реакцией гостей.

— О боже! — возопил Кирилл. — Невероятно! Богиня! Царевна! — восторгался он.

— Ешь, а то остынет! — рявкнула Нина, которая уже успела попросить добавки.

— Сколько можно жрать, впереди еще рыба и блины! — прикрикнула на нее Мила.

— Тебе, кстати, не повредит набрать килограммов пять — морщины будут не так заметны! — парировала Нина.

— Пожилые женщины такие агрессивные… — с невинным видом заметила Даша.

— Ты о ком? — хором воскликнули Нина с Милой.

— Обо мне, — сказала Аврора.

— А, ну да, ну да… — успокоились те.

Спустя полчаса Даша закатила глаза и сползла по стулу:

— Я умираю…

— И я! — Аврора уронила голову на грудь.

— Верочка Ивановна, положите мне еще рыбы, пожалуйста. И еще блинчиков, и семги… А борщ остался? — ворковала Нина.

Все посмотрели на нее стеклянными глазами и попытались выразить восхищение человеком, который может съесть больше их всех, вместе взятых.