– Ну, ты, Трофимов, и зануда, – протянула Настя. – Если она отказывает во взаимности тебе, это не говорит о том, что Лера отвергает всех подряд. Или ты считаешь, что лучше тебя никого и быть не может?

– Не груби, женщина, я и обидеться могу.

– На здоровье, – фыркнула Настя. – Говорят, на обиженных воду возят, а из тебя отменный водовоз получится.

– Ребята, хватит ругаться, – вмешалась Таня. – Что это вы ни с того ни с сего взъелись друг на друга?

– Мы и не ругаемся, это у нас разминка такая с Володькой, – возразила Настя. – В тренажерный зал нет времени сходить, вот мы и устраиваем словесные баталии – тренировки для языка. Мне полезно как журналисту, а капитану Трофимову – как оперу, чтобы мог допросы без запинок проводить.

– Ой, а вы из милиции? – встрепенулся Анатолий, до этого не проронивший ни слова. – Вот хорошо-то как! Мне с вами посоветоваться надо.

– А что у вас случилось?

– У меня брат пропал в вашем городе, в Москве, я имею в виду. Сами-то мы из-под Иркутска. Там село такое есть, Медведевка называется, мы оттуда родом. Год тому назад мой брат сюда уехал на заработки, а пять месяцев тому – пропал. И зачем ему эти заработки понадобились, ума не приложу? – вздохнул сибиряк. – У нас всего вдоволь. И хозяйство свое, и охота отменная, и рыбалка знатная – ешь, не хочу, хоть рыбу, хоть мясо. Опять же, пушнина в охотничий сезон. И белка, и лиса, а иной раз соболя или песца можно подстрелить, если повезет.

– Не напоминайте мне про песца! – простонала Анастасия. – Меня сразу тошнить начинает.

– Что так? – усмехнулся Владимир.

– Как это – что? А, ну да, – спохватилась Настя, поняв, что болтает лишнее. – Давно мечтаю шубу песцовую купить, но понимаю, что не смогу. От этого злюсь до такой степени, что тошнить начинает, – выкрутилась она.

– А говоришь, что у мужиков на уме только поесть да поспать, – напомнил капитан. – А у вас, у женщин, на уме одно барахло и украшения.

– Мы еще и детей рожать умеем, – с сарказмом заметила Настя.

– То-то, я смотрю, у тебя семеро по лавкам, – не остался в долгу Трофимов.

– Какие мои годы? Еще успею и семерых на лавки посадить, и даже десятерых.

– Ну, так вы дальше-то послушайте, о чем я рассказываю, товарищ капитан, – вклинился в их спор Анатолий.

– Да-да, я вас слушаю.

– Вот я и говорю: зачем они ему, заработки эти, понадобились? С голоду, чай, не помирали. В каком-никаком, а в достатке жили. Нет, ему Москву подавай, городским захотелось стать, культуры набраться! Вот и набрался культуры, только неизвестно теперь – где он, мать его в коленку! – в сердцах воскликнул здоровяк. – Где мне теперь искать его, непутевого? Куда бечь? Кого о помощи просить? Вот я и приехал к Валерии вашей, к детективу, значит, чтобы нашла она моего брата.

– А где он жил в Москве? – спросил Владимир.

– Да у бабы какой-то комнату снимал, у женщины, черт бы ее побрал, – недовольно проворчал Анатолий, сделав ударение на слове «женщина».

– А по какому адресу?

– Если б я знал, по какому адресу, я б его за волосенки оттуда выволок да мордой по земле провез до самого дома, – сердито произнес Анатолий. – В том-то вся и загвоздка, что не знаю я никакого адреса, и где искать Григория – без понятия.

– Ну, может, он говорил в каком месте дом стоит? Что-то рядом было? Строение какое-нибудь или еще что-нибудь приметное? – спросил Владимир.

– Точно, – оживился Анатолий. – Гришка говорил, что из окна его комнаты магазин виден огромный, прямо через дорогу.

– Как называется магазин?

– Не помню.

– Супермаркет?

– Не.

– Гипермаркет?

– Да нет, – сморщился Анатолий. – Чудное такое название. О, вспомнил: «Ушан», – радостно сообщил он.

– «Ашан», – поправила его Настя.

– Да какая разница? – отмахнулся сибиряк. – А что, правда, есть такой магазин?

– И не один, – вздохнул Трофимов. – Таких магазинов – целая сеть по Москве, нужно по карте посмотреть, сколько именно. И около каждого жилых домов немерено. Поди найди, в котором из них твой брат жил. Чтобы все обойти… да-а, брат, задачка, – пробормотал он, задумчиво потирая подбородок.

– А что же мне теперь делать? Вся надежда у меня на Валерию, да вот, может, и вы поможете – милиция. Я без брата отсюда не уеду, меня мать на порог без Гришки не пустит. Скажет – какой же ты глава семьи, если ничего не можешь? У нас отец-то погиб пять лет тому назад, в тайге сгинул. Может, медведь его поломал, может, волки загрызли, только мы его так и не нашли. Так что я теперь в доме за старшего и без брата вернуться не могу, позора тогда не оберусь.

– Ладно, приедет Валерия, мы этот вопрос вместе с ней обговорим, – пообещал капитан. – Сделаем что сможем. «Ашан»… негусто, но хоть что-то, все не чистое поле.

– Анатолий, мы на месте, – проговорила Татьяна, подъехав к дому Насти. Та вытащила ключи из кармана и подала их сибиряку.

– Квартира тридцать четыре, на пятом этаже. Располагайся и чувствуй себя как дома. Чистое постельное белье и полотенца найдешь в шкафу, в холодильнике продукты, в общем, разберешься. Вот здесь я написала тебе номер своего мобильного, если что-то будет непонятно, звони, – подала она ему листок из записной книжки, на котором быстро начеркала набор цифр.

– Спасибо тебе, птаха, век не забуду, – добродушно пробасил Анатолий.