Она посмотрела на часы и задумалась.

– А что, если мне сегодня наведаться к Наталье, девушке с фотографии? Мне Зинаида Григорьевна сказала, что она на Лесной улице живет.

Вероника решительно развернула свой автомобиль и понеслась в центр. Приехав на Лесную, она остановилась у дома номер пять и поднялась в лифте на четвертый этаж. Даже не подумав о том, что скажет, решительно нажала на кнопку звонка. Через минуту дверь открылась, и в проеме показалось смазливое личико.

– Чем обязана? – прочирикала Наташа тоненьким голоском.

– Коровина Наташа?

– Да, это я, а в чем, собственно, дело?

– Дело в том, что несколько дней назад был убит ваш друг, Суханов Игорь, и мне нужно задать вам несколько вопросов.

– А я-то здесь при чем? – вздернула нос девушка, но Вероника успела заметить, как в ее глазах мелькнул испуг.

– Может, мы не будем разговаривать на пороге и вы пригласите меня в дом? – строго проговорила Вероника.

– Проходите, только мне совсем нечего вам рассказать. Я уже больше трех месяцев не встречаюсь с Игорем, мы с ним расстались. У меня сейчас совершенно другой молодой человек.

Вероника усмехнулась и прошла за Наташей в комнату. Она села в предложенное кресло и спросила:

– Вы живете одна?

– Нет, с мамой, но она сейчас в отпуске, отдыхает в Турции.

– Наташа, не буду переливать из пустого в порожнее, а сразу перейду к сути. Игоря убили после того, как он выиграл крупную сумму – «Джек-пот», и у меня есть подозрение, что вы сыграли в этом деле не последнюю роль.

Девушка побледнела как смерть и, казалось, вот-вот рухнет в обморок.

– Эй, что это с вами, мне некогда тут возиться, дел невпроворот, – затараторила Вероника и, подхватив обмякшую Наташу, поволокла ее в кухню. Она усадила ее на стул и начала шарить по полкам, пытаясь найти аптечку или хотя бы намек на таковую, чтобы отыскать нашатырь. Ей попалась на глаза бутылка коньяка, и Вероника решила, что это тоже неплохое средство. Она плеснула в бокал крепкого напитка и буквально насильно влила его в рот Наташе. Та, проглотив содержимое стакана, сначала закашлялась, но потом уже почти осмысленно посмотрела на Веронику.

– Вы из милиции, – прошептала она бескровными губами.

– Нет, успокойся, не из милиции я. Давай познакомимся, меня зовут Вероника Королева, частный детектив. Прошу рассказать мне все без утайки, очень прошу. Если вздумаешь врать, сразу же окажешься, где положено, а уж там с тобой церемониться не станут, и коньяку ты не дождешься. Это ты передаешь сведения о выигрышах?

– Вы что, с ума сошли? Я сразу же оттуда уволилась, как только первый случай произошел. Испугалась до смерти, я даже и не знаю, кто и что, просто один разговор услышала и прямо чуть на месте не обделалась. А про смерть Игоря я в тот же день узнала, мне девчонка из его дома сообщила, мы с ней иногда перезваниваемся. Я, конечно, испугалась, побежала туда, чтобы фотографию забрать. Думаю, если что, скажу Зинаиде Григорьевне, что пришла выразить соболезнование, а сама в это время как-нибудь потихоньку фото и унесу. Я же знала, что у нее до девяти всегда дверь открыта.

– А почему ты так испугалась? Что такого в этой фотографии?

– Не дура же я совсем? Прекрасно понимала, что милиция туда придет, увидят фото, поинтересуются, кто такая, а когда узнают, что я в центре игровых автоматов работала, хана, привяжутся, не отмоешься.

– А почему не сообщила куда нужно, когда услышала подозрительный разговор?

– Да вы что? Меня же сразу за ноги подвесят. Вы не представляете, какие там все крутые. Только я думаю, что начальству это на хрен не нужно, у них и так денег невпроворот. Кто-то из мелкоты промышляет, я имею в виду служащих, у кого доступ к информации есть.

– А когда ты фотографию забрала, в котором часу?

– В тот же день, около девяти.

– А ты знаешь, что Зинаида Григорьевна умерла?

– Как умерла, когда?

– Сразу же после того, как ты ушла.

– Такого не может быть. Когда я пришла, она спала, и когда уходила, она жива была, я слышала, как она ворочается и стонет. А потом к ней ведь еще медсестра приходила.

– Откуда ты знаешь про медсестру? – насторожилась Вероника.

– Я когда из квартиры вышла, у подъезда кто-то сидел, а я не хотела, чтобы меня видели. Поднялась на один пролет, там подоконник широкий, посидеть можно, и выход из подъезда виден. Вот я на этом подоконнике и сидела, курила и видела, как к Зинаиде Григорьевне медсестра пришла. Минут через десять вышла, потом села в машину и уехала. Между прочим, совсем другая была девушка, я имею в виду не та, что раньше приходила.

– А как же тебе удалось ее разглядеть? – удивилась Вероника.

– Очень просто, она на лестничной площадке пудреницу достала и посмотрелась в нее, шапочку свою поправила, и я сразу поняла, что это совсем другая девушка. Та была полненькая и невысокая, а эта – как жердь.

– Как же она-то тебя не заметила?

– Там, у подоконника, совсем темно было, а на лестничной площадке лампочка в сто ватт, вот вам и ответ. А вы мне верьте, насчет «Джек-пота» я правду вам сказала.

Вероника посмотрела на нее внимательным взглядом, а потом проговорила:

– Я тебе верю, но все же ты должна рассказать в милиции о том, что ты знаешь о махинациях с игровыми автоматами.

– Никуда я не пойду, – пробурчала Наташа, – а заставить не имеете права. Я лучше анонимку напишу, пусть разбираются как хотят, а меня в это дело не впутывают, я еще жить хочу.

– Ладно, пока оставим этот вопрос открытым. Вот тебе мой номер телефона, как только вспомнишь что-нибудь еще насчет Сухановых, сразу звони, – сказала Вероника.

– А зачем вам это нужно? Думаете, что та медсестра помогла Зинаиде Григорьевне умереть?