– Снимай… - порывшись в ящике стола, Элина достала катушку белых ниток с воткнутой в неё иглой, - Пришью, что с тобой поделаешь…

– Как Игорь? – расстегнув пуговицы, Кирилл снял рубашку и протянул её Элине, - Как вы там – вообще?

– Потихоньку, - пожав плечами, она отмотала нитку и начала вдевать её в иголку, - звала Игоря на концерт, но он не захотел…

– А сами-то как? – Кирилл явно что-то хотел спросить, но, по всей видимости, стеснялся, - Всё нормально?

– Всё нормально, - кивнула Элина, - ты-то чего не заходишь?

– Времени не хватает, - тот ответил уклончиво, опустив взгляд, - то работаю, то на репетиции хожу, то со Светкой гуляю да по больницам её вожу…

– А что с ней? – Элина удивлённо подняла на Кирилла глаза, - Заболела?

– Ну, если беременность можно назвать болезнью… - тот смущённо улыбнулся, - Тогда – да, заболела.

– Да ты что?! Света беременна?!

– Угу.

– И какой срок?!

– Пять месяцев уже.

– Ничего себе!.. – Элина радостно улыбнулась, - Поздравляю!..

– Спасибо…

– Давно пора!

– Я тоже так подумал… У вас-то Антоха уже вон какой – жених! А я всё бездетный…

– Да уж, жених, - Элина снова рассмеялась, - ещё чуть-чуть, и бабушкой меня сделает!

– Это ты-то бабушка?.. – Кирилл весело окинул Элину взглядом с ног до головы, - Ты ещё – девушка!

– Слушай, а, ведь, никто не верит, что Антон – наш сын! Кто нас не знает – не верят, и всё! Думают, что он мой или Игоря брат!

Разговаривая с Кириллом, который сидел напротив в одних брюках, с голым торсом, Элина неожиданно развеселилась. Она давно уже не видела старого приятеля, и была искренне рада встрече. Она громко хохотала над какой-то его шуткой, когда дверь снова неожиданно открылась.

– Привет… - стоя на пороге, Игорь хмуро смотрел на зашивающую чужую мужскую рубашку жену, - Не помешаю?

– О, здорово, - Кирилл радостно протянул руку другу, - а Элька сказала, что ты не придёшь!

– А я взял, и пришёл, - мрачно пошутил Игорь, - не вовремя, да?

– Как раз вовремя, - Элина изо всех сил старалась оставаться весёлой, но вид супруга заставлял её внутренне сжаться, - у меня чайник горячий, давайте, кофе попьём? До концерта ещё время есть.

Получив зашитую рубашку, Кирилл вскоре ушёл на сцену, где его ждали участники группы. Оставшись вдвоём с Игорем, Элина невольно косилась на мужа, который мрачно сидел у стола, постукивая по нему пальцами.

– Что с тобой? – присев напротив, она положила локти на стол и уставилась на супруга.

– Да так… ничего… - не глядя на неё, тот поджимал красивые губы, - решил вот заехать… без предупреждения.

– На концерт? Или просто ко мне? – несмотря на тревогу, Элина улыбнулась, - Игорь…

– Просто заехать. Подумал, вдруг, тебе приятно будет…

– А мне приятно.

– Что-то я не заметил. По-моему, наоборот, только настроение вам испортил.

– Кому это – вам?..

– Вам.

Глядя на него, такого любимого, Элина вдруг почувствовала неудержимое влечение… Ей почему-то именно сейчас пришло в голову, что Игорь мог вот так же встречаться с Дарьей здесь… в этом кабинете… но эта мысль вызвала сейчас в ней не ревность, а, напротив, желание оказаться на месте другой женщины…

…Моментально заперев дверь на ключ, она тут же вернулась к мужу и уселась на его колени.

– И что бы это значило?.. – он смотрел на неё исподлобья, но уже не с обидой, а многозначительно.

– Помнишь, ты говорил, что со своей женой интереснее всего в чужом сарае?.. – обвив его шею руками, она горячо прошептала ему на ухо, - Помнишь?..

– Помню… - его руки уже вовсю гуляли по её телу под одеждой.

– Считай, что это – чужой сарай…

…На концерт они в этот вечер так и не попали.

– Если честно, не ожидал… - одевшись, Игорь с восхищением смотрел на жену.

– Тебе что, не понравилось? – повернувшись к нему от зеркала, она лукаво улыбнулась.

– Ещё как понравилось… ты мне ещё с утра понравилась… всё думал, для кого ты эту юбку второй день надеваешь…

– Ты ещё не понял – для кого?.. – подойдя к мужу, Элина прижалась к его груди.

– Понял… - сомкнув руки у неё за спиной, он поцеловал её в макушку, - Только ты на концерт опоздала…

– Да ну его… - Элина подняла счастливые глаза, - Мы лучше с тобой домой поедем… Да?

– Да…

***

Расторгнув договор и больше не появляясь во дворце культуры, Игорь испытывал одновременно и облегчение, и угрызения совести. Облегчение – от того, что теперь не надо идти против себя, против своей воли, тем более, что он отдал Дарье последний долг. Угрызения совести – от того, что в глубине души засело подленькое чувство, что он – беглец. Он банально сбежал от проблемы… И, хотя, он не был инициатором этой самой проблемы, но мысль о том, что женщина, которая носит его ребёнка, осталась, по сути, одна, не давала покоя. Ему совершенно не хотелось к ней… но и вычеркнуть из памяти он её теперь не мог.