Я мгновенно проснулась вся в холодном поту, ощущая, что меня неслабо колотит. Но потихоньку я начала успокаиваться, поняв, что это был просто сон. Я закрыла лицо руками, и протерла глаза, с облегчением выдохнув. Когда я отняла руки, то увидела, что в кровати я одна. Мне стало не по себе. На часах было всего шесть утра, а Джейса уже не было рядом. Я встала с кровати, отбросив в сторону одеяло, и резкая боль пронзила мою голову. Я поморщилась, но всё-таки добрела до кухни. По тишине в квартире, я начала понимать, что Джейса тут точно нет. Его одежды и кейса не было, ботинок тоже. Я достала с полки таблетку и запила её стаканом воды. Вспоминая события прошедшего дня, я вышла на нашу лоджию и вдохнула приятный аромат маминых цветов. Их запах успокаивал меня. Я подумала о родителях, и том, знают ли они о том, что здесь происходит, но тут же откинула эту мысль, потому что, если мама ещё не позвонила, то они остаются в неведении. И меня это устраивало. Это только лишний раз расстраивало бы их, они бы волновались, и не дай бог ещё кому-нибудь бы стало плохо. И хорошо, что Артур вдалеке от всего этого. Пусть лучше беззаботно и весело проводит время. А я во всём разберусь, я всё улажу.

Я привела себя в порядок, выпила кофе и позвонила Оуэну Флетчеру, моему коллеге и заместителю. Сказала, что неважно себя чувствую, и останусь дома. Он обещал всё проконтролировать и спросил, может ли он позвонить, если вдруг я понадоблюсь. Я прекрасно понимала, что все на работе уже в курсе этой истории, но я была благодарна им за то, что они не стали развивать эту тему, а Флетчер поддержал и понял меня.

Я решила, что проведу дома весь день. Выходить мне не хотелось, и говорить с кем-либо, я тоже была не готова. Утренний сон всё ещё не выходил у меня из головы, и я чувствовала, что совершенно не в состоянии сейчас чем-либо заниматься, или о чем-либо думать. Поэтому я взяла мороженое и включила телевизор. Внезапно зазвонил мой сотовый. Ну, как всегда, он выбрал не очень подходящее время, чтобы разразиться душераздирающим рингтоном. Я невольно закатила глаза и встала с дивана. Может Джейс? Интересно, где он и почему не оставил записку и не позвонил? Я взяла телефон. Анджелина.

– Да, Андж.

– Ничего не говори, мы идём ужинать сегодня вечером, и во всём виновата только ты.

Я еле заметно улыбнулась.

– Ужин? Извини.

– Ты в порядке?

– Да.

Она немного помолчала мне в трубку.

– Вообще-то я знаю тебя, и ты явно не в порядке.

– Всё в норме. Повеселитесь сегодня. Позвони мне, чтобы всё рассказать, обязательно.

– Мм, хорошо. Позвоню. Точно ничего не произошло?

– Да, просто я немного не выспалась, дурные сны.

– Ладно.

– Куда идете?

– «Грандж ренуа».

– Французская кухня, хороший выбор. Буду ждать подробностей.

– Ты мне не нравишься, Рэйч. – Когда я промолчала, она вздохнула. – Я могу подумать, что ты на грани срыва и приехать.

– Нет. Прошу тебя. Не надо. Готовься к ужину. Встретимся в субботу.

– Ладно. Но звони, если что, договорились?

– Угу.

Я отключилась. И не успела выпустить телефон из рук, как мне пришла смс от Эшли: «Я приеду к тебе домой через 30 минут. Есть разговор. Понадобиться тяжелая артиллерия».

Я прекрасно понимала, что такое тяжелая артиллерия в её понимании. Это, по меньшей мере, водка или коньяк. Но, так как водку я не переносила, то достала коньяк и нарезала лимон. Интересно, что случилось? Я всё ещё не хотела никого видеть, но знала, что раз Эшли мне написала, то произошло что-то серьезное. И почему-то, я предвидела, что разговор будет не из легких.

Она приехала ровно через полчаса, пунктуальная, как всегда. Она была одета в зеленое платье до колен и черные шикарные туфли на высокой шпильке. Эшли влетела в открытую дверь как ураган, но я успела заметить её взволнованное состояние. Она кинула сумку на диван и, не поворачиваясь ко мне, бросила через плечо.

– Мне срочно нужно выпить. Так срочно, что я даже говорить не могу.

Я заметила, как трясется её голос.

– Эш, ты в порядке?

Она повернулась ко мне, и я увидела, что она держится из последних сил.

– Нет. Совсем не в порядке.

– Что случилось?

Она развернулась к столу.

– Коньяк? Я налью. Садись.

Я осторожно присела на стул и теперь меня саму начал окутывать страх. Я наблюдала, как моя подруга разливает горячий напиток по стаканам. Её руки тряслись. Она залпом выпила то, что было у неё на дне, и со стуком поставила стакан на стол.

– Ты… что с тобой? Обычно, ты не пьешь… - Я не знаю, как описать то, что я сейчас ощущала. Но моя голова жутко раскалывалась и я до смерти перепугалась за Эшли.

– Сейчас совсем не обычно, Рэйч. – Она закрыла глаза и выдохнула. – Я не знаю, что мне делать. Это… это всё для меня слишком.

Я взволнованно коснулась её руки.

– Эшли, расскажи мне, что случилось.

– Я не знаю, как сказать тебе это. – Она посмотрела мне в глаза, и я увидела в них невыносимую боль и отчаяние.