Когда я позвонил Робби, повторилась та же история.

— Уверен, так все и было, — сказал Робби. — А я вон на Юпитер пока слетал.

Я решил попытать счастья в полиции.

— Эй! — вскричал офицер Бэнкс, едва я переступил порог участка. — Это же тот самый тарелочный мальчик! Что, приятель, увидел еще одну?

Двое других офицеров радостно заржали. Я только и мог, что хлопать глазами. Все равно они бы мне не поверили.

Я вышел из участка. Огляделся. Был самый обычный солнечный день. Вокруг сновали люди. Никто из них не подозревал, что пришельцы вознамерились захватить мир. Никто не казался озабоченным.

Кроме меня.

И тем не менее, у меня имелась кое-какая идея.

Пришельцы создали устройство, рассылающее их жуткие волны. Возможно, я сумею создать устройство, которое их остановит.

Может быть, мне удастся создать зеркало, которое отразит инопланетные волны обратно на их хозяев. Я бросился к дому Робби.

— Мне нужно занять денег, — сказал я ему. — Все, сколько у тебя найдется.

— Нафига? — спросил он.

— Ясное дело, чтобы мир спасти! — сказал я.

Робби, естественно, мне не поверил. Но денег все же дал.

Так же поступила и Мелани. Все-таки они замечательные друзья. Я помчался в супермаркет. Я схватил тележку. И доверху набил ее всеми рулонами алюминиевой фольги,

[2]

какие только нашел в магазине.

Когда я подошел к кассе, мистер Барнс поглядел на меня и растерянно заморгал.

— Что ты будешь делать со всей этой фольгой, Стэнли? — спросил он.

— Научный эксперимент, для школы, — соврал я.

Все это вылезло мне в сто тридцать четыре бакса пятьдесят девять центов. Разумеется, денег у меня не хватило.

— Завтра придут родители и доплатят, — сказал я. Если пришельцы не победят, добавил я про себя.

Я притащил фольгу к нам в гараж. И там начал мастерить свое гигантское зеркало.

Я решил, что работа закончена, когда зеркало стало в два раза больше нашего обеденного стола. После чего отнес его к ферме мистера Триббла. К счастью, весит фольга всего ничего.

Я убедился, что никто не видел меня с моим зеркалом. Я спрятал его среди деревьев за сараем, а сам притаился рядом и стал наблюдать.

Космический корабль уже стоял там. И спутниковая тарелка была наготове.

Она казалась ужасно большой. Я усомнился, что мой сравнительно небольшой экран из фольги сработает. Но времени было в обрез. Часы показывали половину седьмого. И тут меня осенила еще одна блестящая идея.

Я помчался домой. Пробрался в комнату к Дэну. И стащил его гигантский шар из фольги.

Вот уж не думал, что он когда-нибудь пригодится. Пожалуй, не такой уж Дэн и «ботаник»…

Благодаря этой фольге зеркало получилось гораздо больше. Я по-прежнему не был уверен, что это сработает. Но нужно было хотя бы попытаться.

Мне удалось забраться вместе с экраном на ветку большого клена. Отсюда открывался превосходный вид на спутниковую тарелку пришельцев.

Оставалось лишь надеяться, что сами пришельцы меня не заметят. Но их было что-то не видать. Сидели, наверное, у себя на корабле, готовились.

Я развернул экран в нужном направлении.

Потом долго ждал.

Ровно в восемь часов из спутниковой тарелки полился голубой свет.

Я затаил дыхание.

Свет ударил в мой защитный экран и отразился обратно — на корабль пришельцев.

Я ждал. И вот, голубой свет внезапно угас.

Я снова затаил дыхание.

Спутниковая тарелка втянулась обратно в корабль. А в следующее мгновение сам корабль стремительно взмыл в воздух. Последнее, что я видел — как он уносится к звездам.

* * *

Я оставил свой замечательный экран из фольги болтаться на дереве. Понятия не имею, что с ним случилось потом. Мистер Триббл, должно быть, решил, что какие-то ребята сыграли над ним шутку.

Ну а я вернулся домой.

Что мне оставалось делать? Рассказать кому-нибудь? Нет уж, спасибо.

Быть может, летающая тарелка еще вернется. Но я сильно сомневаюсь. Думаю, инопланетяне сполна вкусили собственного лекарства. Возможно, они и сейчас бороздят просторы вселенной, просматривая бесконечные повторы «Я люблю Люси» и радостно перебулькиваясь между собой.

Я спас человечество от ужасных захватчиков из космоса. Но мне никто не поверит.

Я не удержался и рассказал-таки обо всем Мелани и Робби. Но на это они лишь спросили, когда я намерен вернуть им деньги.

Потом я попытался рассказать обо всем родным — в последний раз.