И там была она.

Крупнейшая раковина в мире.

Глаза у Тары полезли на лоб.

Огромная раковина заполняла собой всю пещеру. Она закручивалась спиралью; острый конец едва не касался потолка. Она переливалась всеми оттенками перламутра. Такая большая. Такая прекрасная.

Она буквально лишила Тару возможности дышать.

Она была идеальной формы — совсем как та, что Тара сжимала в руке, но в тысячу раз больше!

— Самая большая, самая красивая раковина на свете, — прошептала Тара в восторге.

— Видишь? Я же говорил,

— проворковал голосок.

Тара бросилась вперед и обхватила гигантскую раковину руками. Какая же она большая! Она даже не могла обхватить ее целиком! Она нежно поглаживала перламутровые изгибы и любовалась закрученным спиралью концом.

Я нашла самую большую, самую замечательную раковину! — думала Тара.

— Я стану знаменитой! — вскричала она. — Я стану богатой! Я стану величайшим коллекционером во всей вселенной! И пусть весь мир завидует!

— Забыл тебя кое о чем предупредить,

— сообщил маленький голосок.

— Это действительно самая большая в мире раковина. А внутри живет самый большой в мире рак!

И только он это сказал, огромная раковина приподнялась. Перевернулась. И из нее вылез чудовищный рак-отшельник!

Самая большая, самая уродливая морская тварь из всех, каких Таре доводилось видеть.

Его красные глаза покачивались на длинных стебельках. Огромные зеленые челюсти открывались и закрывались с отвратительным чавканьем.

Но хуже всего были его гигантские клешни.

Они бешено размахивали в воздухе. И оглушительно щелкали у Тары над головой!

Тара завизжала. И попыталась убежать.

Слишком поздно.

Чудовищный рак подхватил Тару громадной клешней!

— Помогите! — вопила девочка. — Кто-нибудь! Помогите!

Тоненький голосок разразился жестоким смехом.

— Помогите! Помогите!

— передразнил он.

Вторая мощная клешня схватила Тару за талию. Стук огромного сердца наполнил ей уши. С ужасных челюстей сочилась густая вязкая слюна.

Тара уронила маленькую раковину на пол пещеры. Та откатилась в сторону. И остановилась.

Из нее высунулся маленький рак.

— Смотри, смотри, мамочка!

— запищал он.

— Я поймал еще одну!

Тара вопила, пока гигантские челюсти не сомкнулись, оборвав ее крик.

Ядовитый плющ

Лагерь «Уилбер».

Разве не странное название для лагеря — «Уилбер»?

До сих пор не могу поверить, что предки сплавили меня туда.

— Мэтт, — сказали они, — ты полюбишь этот лагерь.

Ну-с, у меня для них новость: не полюбил. Не то, что не полюбил — с души воротит.

Я никогда раньше не отдыхал в загородном лагере. Я — дитя большого города. С чего бы мне вдруг захотелось переться за город?

Я люблю все лето тусоваться с друзьями. Гонять на роликах по улицам. Проводить время на игровой площадке. Ходить в кино.

Я люблю город. Как мне привыкнуть к жизни на свежем воздухе?

А, чего уж там. У меня четыре недели, чтобы к ней привыкнуть. Поселили в крохотную хибару. Даже жалюзи нет.

Соседей трое. Винни и Майк — ничего ребята. Им по двенадцать. Как и мне.

А вот Брэд — та еще проблема. Появился в первый же день, волоча сразу три чемодана. Все набиты шмотками. Каждая — идеально отутюжена. На каждой — ярлычок с именем.

У Брэда — длинные светлые волосы, он стягивает их сзади в «конский хвост». Глаза голубые, когда улыбается — можно подумать, что зубов у него тыща. Одет всегда с иголочки.

Как только он вошел в домик, мы с Винни зажали носы, да как заорем:

— Это что за вонь?!

— Фу! — Майк пару раз принюхался, скорчил кислую мину и повернулся к Брэду. — Ты во что вляпался?

— Это, наверное, мой лосьон после бритья, — невозмутимо ответил Брэд и принялся аккуратненько распаковывать чемоданы.

— Да ну? Ты бреешься, что ли? — спросил я.

Он головой покачал:

— Нет. Просто мажусь.

— А воняет прокисшим молоком, — прошептал мне Винни. Не думаю, что Брэд услышал.

— Он сохраняет мое лицо свежим, — сказал Брэд, потирая гладкую щеку. — Выпускают в баллончиках. Классная штука. Могу одолжить, если хочешь.