Вскоре я отправилась спать в комнату, которая негласно стала моей. На время. Несмотря на усталость, я долго ворочалась без сна, пытаясь анализировать все, что узнала об Адаме. Не так много, но кое-что мне все же открылось.

Что, если Адам перенял от матери ее болезнь? Пусть в легкой форме, но этим можно было объяснить его неустойчивое состояние. Возможно, уход отца из семьи и на него подействовал разрушающе? Он не смог помешать тому, что их семья распалась, и именно теперь желает все контролировать?

Я вздохнула и, взбив подушку, перевернулась на другой бок.

Одно я узнала точно — он любил свою мать и я видела боль в его глазах, когда он рассказывал о ней, как бы он не пытался скрыть это за бесстрастным тоном. Значит, его душа еще способна испытывать сострадание и способность любить ему так же не чужда. А значит, была надежда, что он еще не полностью пропал.

Может быть, и для такой беспокойной души, возможно, достичь мира при определенных усилиях?

Я в раздражении приподнялась и упала на спину.

О чем я только думаю? Зачем, зачем тешу себя пустой надеждой на… На что? Что мне вообще за дело до него? Пусть поступает со своей жизнью, как знает. Мне не вечно быть рядом с ним. Десять месяцев, всего лишь десять месяцев и я верну себе свою жизнь.

И забуду Адама Эллингтона, словно его и не было никогда.

Следующим утром меня разбудил короткий стук в дверь и, не дожидаясь моего ответа, Адам вошел в комнату.

— Ты говорила, что у тебя занятия с утра.

— Угу. — Я сонно заморгала, сев в постели и прикрыла рот, зевнув.

Он вновь был уверенным и невозмутимым хозяином, выглядя великолепно в сером костюме-тройке. И я задавалась вопросом: жалеет ли он о своей вчерашней откровенности?

— После завтрака Квентин отвезет тебя в университет. — Без тени неудобства он смотрел на меня, запрятав руки в карманы идеально выглаженных брюк. — И не забудь насчет пятницы.

Я кивнула: разве я могла?

После того, как Адам ушел, я еще некоторое время провела в постели, положив голову на колени. За последние недели моя жизнь изменилась самым кардинальным образом. Даже при том, что я не хотела этого, но никак не могла повлиять на эти изменения.

Встав с постели, я привела себя в порядок (Найджел принес мне пакеты с моей новой одеждой, которые вчера так и остались в багажнике Астон Мартин), надев оливковые скинни и полосатый свитер с укороченным рукавом. Позавтракав в одиночестве — Найджел по большей части молчал, словно его и не было — я спустилась на подземную парковку, где меня уже ожидал Квентин, водитель Адама.

Мужчина почтительно приветствовал меня, и я ответила ему вежливой улыбкой.

Стоило мне войти в аудиторию и занять свое место, как я тут же выкинула мысли о моем неуправляемом тиране из головы. Мой средний балл не должен был страдать из-за того, что в моей личной жизни творился полный бардак. Хотя бы здесь я могла сохранить порядок.

— Как прошли выходные? — Расти, мой сосед справа плюхнулся на сиденье, одарив меня веселой улыбкой.

— Замечательно. — Я вернула ему такую же веселую улыбку и кивнула. — Просто замечательно.

— Как думаешь, зачем он берет тебя с собой в Нью-Йорк? — спросила Эмми, пока я оглядывала комнату, чтобы ничего не забыть.

— Не знаю. — Я опустилась на колени и достала из-под кровати ботинки, которые собиралась обуть в полет. — Он никогда ничего не говорит и не объясняет.

Сдунув прядь волос с лица, я быстро натянула обувь, бросив тревожный взгляд на часы. У меня было не более десяти минут до выхода. И только за час до указанного Адамом времени я принялась собирать багаж.

Всю неделю я только то и делала, что училась и работала; два раза наведала бабушку. Мне некогда было думать об Эллингтоне, и от этого было легче. Забывая о нем, я словно возвращала себе свою жизнь, которую никто не пытался подстроить под себя, и никакой узурпатор с неустойчивой психикой не контролировал меня.

На самом деле, это чувство было призрачным. Я знала, что все, что я делаю, становится известно Адаму. Подозревала — да что там, была уверена — что в телефоне, который он дал мне, установлен какой-нибудь «жучок». У меня была мысль обратиться к ребятам с факультета электроники, чтобы они вытащили эту штуку, но сделав так, я бы заработала себе большие проблемы.

Оно мне надо?

Я решила плыть по течению. Чем покладистей я буду, тем меньше будет психовать мой временный хозяин, а это в итоге на руку мне самой.

— Он уже здесь! — Запыхавшаяся Лорен влетела в комнату со скоростью небольшого урагана. — «Мерседес» Эллингтона, в смысле, не он сам, — поторопилась добавить подруга, заметив мелькнувшую панику на моем лице.

Черт, надо поторопиться! И почему я заранее не собралась?

— Позвони нам, как приземлитесь, — напутствовала меня Эмми, когда я схватила небольшую дорожную сумку.