– Зачем?

– Интересно?

– Безумно!

– Хорошо. – Он приближается так близко, что я чувствую запах сигарет, исходящий от его белого, выглаженного воротника. У меня скручивает низ живота, и шея вспыхивает красными пятнами. Что-то в его яром взгляде вызывает у меня дрожь в коленях, мурашки по всему телу. Однако это не желание. Нет. Это дикий страх, словно Дима способен сделать со мной все, что ему заблагорассудится. – Ты пойдешь со мной потому, что я хочу этого. Потому, что я думаю о тебе, и потому, что ты – единственная, кто мне сейчас нужен.

– Я тебе нужна? – ошеломленно переспрашиваю я.

– Да.

– Но ты мне не нужен.

Парень растеряно морщит лоб. Смотрит на меня как-то странно, испепеляюще и, кажется, не знает, что сказать. А я просто молчу. Наблюдаю за его метаниями, и сама пошатываюсь от странного волнения, будто обижать этого человека – неправильно, что само по себе полный абсурд. Как я вообще могу думать о подобном? Дима – эгоистичный ублюдок, у которого нет ни совести, ни морали. Который живет только ради себя. Которому плевать на остальных, на их проблемы, терзания! Он – зло в чистом виде!

– Однажды, - наконец, рычит он, - ты изменишь свое мнение обо мне.

– Вряд ли, - на выдохе, шепчу я. – Дима, ты испортил мне жизнь. Ты разрушил все, к чему я могла стремиться. Неужели ты считаешь, что когда-нибудь я об этом забуду?

Блондин пожимает плечами. Властно подхватывает меня под локоть и тащит к выходу.

– Все в этом мире относительно, - недовольно шипит он и буквально выталкивает меня на улицу. Погода чудесная, однако, теперь меня тошнит от солнца и от его ярких, желтых лучей. Я морщусь, пытаюсь вырвать руку из стальной хватки, но остаюсь скованной. – Сейчас ты меня терпеть не можешь, а завтра…

– Что завтра? – грубо перебиваю я. – Ничего не изменится.

– Посмотрим.

– Не на что смотреть. Ты делаешь людям больно.

– Только я? – парирует он. – Что ж ты в себе до сих пор души не чаешь? Считаешь, делать больно могут только плохие люди? А что если нет хороших людей, Зои?

– Что тебе вообще от меня надо? – мы приходим в парк, и я растерянно вскидываю брови. Смотрю на Диму и понятия не имею, чего он хочет. – Решил излить душу? Сходи в церковь.

– Не груби, - с силой сжав мое запястье, приказывает он. Его лицо искажает гримаса злости, а я с вызовом вскидываю подбородок.

– В таком случае, не пытайся поговорить со мной. Не пытайся что-то изменить. И, о боже, не пытайся делать вид, словно у тебя есть чувства. Нормальный человек не способен получать удовольствие от чужих терзаний. Но ты…. Ты питаешься ими. Ты проглатываешь жизни всех, кто находится рядом с тобой. Безжалостно. Бездушно. И тебе это нравится.

– Я не ломаю тех, кто этого не хочет. Или тех, кто не стоит на моем пути.

– На каком пути? О чем ты вообще говоришь? Никто не должен страдать от того, что ты не в состоянии унять в груди обиду и собственную боль!

Дима удивленно вскидывает брови. Пытается выдавить из себя улыбку, но выглядит лишь жутко устрашающе.

– Что тебе об этом известно, - его губы нервно дергаются. – Ты забыла о проблемах, едва пересекла порог красивой, беззаботной жизни. А я живу с тем, что имею. И мщу тем, кого считаю виноватым.

– Тогда что тебе сделала я? – решительно приближаюсь к парню. Между нами несколько сантиметров, и я ощущаю их также отчетливо, как и слышу дикое биение своего сердца. – Чего ты пытаешься добиться? Чего хочешь?

Неожиданно Дима грубо хватает меня за подбородок и пылко целует в губы. Я реагирую молниеносно. Отпрыгиваю назад и со всей силы ударяю его ладонью по щеке. Звучит хлопок. Парень хватается пальцами за лицо, а я свирепо и ошарашенно горблю спину. Что это было? Что он сделал? Нет, покачиваю головой. Мне становится жутко плохо. Испепеляю Диму злым, яростным взглядом и дышу так, будто только что пробежала несколько километров.

– Ты меня ударила, - ледяным голосом, констатирует факт парень.

– Никогда, - задыхаясь, шепчу я, - никогда больше ко мне не прикасайся.

Он наклоняет в бок голову. Свирепо улыбается и скалит идеально ровные зубы.

– Позавчера ты не была такой же агрессивной.

Хочу ответить что-то колкое, язвительное, как вдруг замечаю за спиной парня Теслера в спортивной, мешковатой одежде. Он стоит около высокого дерева, разговаривает с какой-то худой, высокой блондинкой и… улыбается. Я цепенею. Не могу поверить своим глазам. Все пытаюсь очнуться от сна, ведь это непременно он! Андрей ни разу при мне не улыбнулся, ни разу! А тут… Он искренен. Смотрит на незнакомку добрыми, синими глазами и обнажает на щеках ямочки, о существовании которых я даже не подозревала. Не могу пошевелиться. Лишь наблюдаю за тем, как его руки уверенно смыкаются за ее спиной, и ощущаю дикую, ядовитую злость, вспыхнувшую где-то в горле. Что происходит? Он ее обнимает? Я едва стою на ногах. Хочу отвернуться и закрыть глаза потому, что по неясным для меня причинам, видеть Теслера с кем-то другим жутко больно, однако не могу даже шевельнуться. Так и смотрю на Андрея, пока тот, наконец, не замечает мой растерянный и удивленный взгляд.