Как мне стало известно позднее, Жукову не прислал поздравления никто из выступавших на Пленуме. Опальный! И вдруг теплые, добрые слова от Баграмяна. Жуков всегда относился к Ивану Христофоровичу с большим уважением, а после этого случая их дружба стала еще крепче.

На празднование 20-летия Победы Жукова впервые после опалы пригласили на прием в Кремль. Когда он вошел в зал, где собирались гости до застолья, все вдруг притихли и устремили взоры в сторону Жукова. Он прошел через весь зал и подошел к Баграмяну, пожал ему руку, обнял и тепло поздравил. Ни к кому другому Жуков не подошел!

Они дружили семьями, встречались в дни праздников. Баграмян был на похоронах жены Жукова, Галины Александровны.

Жуков подарил Баграмяну свою книгу «Воспоминания и размышления» с автографом:

«Дорогому другу Ивану Христофоровичу Баграмяну, о былом и незабываемом.

С уважением и любовью

Г. Жуков» 19.4.1969 года.

Я видел у многих военачальников и читателей книги Жукова с его автографами, но таких теплых слов не встречал.

Вот короткие строки друга о друге.

Жуков о Баграмяне:

«Я давно знаю Ивана Христофоровича. Он один из наших талантливых и опытных военачальников, блестяще знающий штабную работу. В годы войны нечасто мы встречались, но о его ратных делах мне все было известно. Его великолепные организаторские способности проявились еще в очень сложной обстановке начала войны. Он очень вдумчивый, знающий свое дело военачальник, спокойный, уравновешенный, трудолюбивый, грамотный.

Баграмян особо отличился в Курской битве, как командующий Первого Прибалтийского фронта, и в Белорусской операции.

Мы с ним часто встречались после войны, дружили».

Баграмян о Жукове:

«Для меня Георгий Константинович не только выдающийся военный стратег, славный герой и полководец — он был мой товарищ и сверстник, больше того — побратим, сыгравший огромную роль в моей солдатской судьбе. В Г.К. Жукове я видел живое воплощение широты и щедрости души великого русского народа по отношению к своим младшим братьям, всем другим народам нашей многонациональной Родины.

Г.К. Жуков был мужественный человек. Его появление на том или ином участке фронта в самые трудные моменты вселяло в командиров и военачальников какую-то необыкновенную силу».

После отстранения Жукова министром обороны стал маршал Малиновский. В службе Баграмяна также произошли значительные перемены.

В годы работы в академии Иван Христофорович много и плодотворно потрудился в деле образования и формирования будущих крупных военачальников, высокая степень подготовки слушателей позволяла выдвигать их после окончания академии на высокие командные и штабные должности в советских Вооруженных силах.

Из слушателей, окончивших академию в 1953–1965 годах, руководящие посты в Вооруженных силах СССР занимали: маршал Н.В. Огарков — начальник

Генштаба и заместитель министра обороны; генерал-полковники М.М. Козлов и В.В. Дружинин — заместители начальника Генерального штаба; генерал армии Е.Ф. Ивановский — командующий Группой советских войск в Германии; генерал армии В.Л. Говоров — командующий ордена Ленина Московским военным округом; генерал армии И.М. Третьяк — командующий Белорусским военным округом; генерал-полковник М.И. Науменко — командующий Приволжским военным округом; генерал армии И.Н. Шкадов — начальник Главного управления кадров советских Вооруженных сил; генерал-полковник Л.М. Зварцев — заместитель начальника Главного управления кадров Министерства обороны СССР; генерал армии М.Л. Гареев — начальник Военно-научного управления Генерального штаба, президент Академии военных наук. Все они активно применяли полученные знания в практической работе но обучению и воспитанию личного состава Советской Армии и Военно-морского флота.

Кандидатуры командующих войсками военных округов рассматривались, обсуждались и утверждались на заседании Политбюро. (В те дни оно называлось Президиумом ЦК.)

Маршал Малиновский предложил назначить маршала Баграмяна командующим войсками Дальневосточного военного округа.

— Как вы относитесь к такому предложению? — спросил Хрущев Баграмяна, который был приглашен на это заседание.

Баграмян, как всегда, спокойно, ответил:

— Я готов работать на любом месте, куда пошлет меня партия. — Помолчав, добавил: — Но что касается Дальнего Востока, мне придется ехать туда одному, жена очень больна, она и сейчас в больнице. Человек я немолодой, не хотелось бы без жены, без семьи…

Хрущев перебил его:

— Понятно. Причина основательная. Я думаю, найдем для товарища Баграмяна работу в Москве.

Был у Малиновского и запасной вариант, осуществив который, он надеялся подставить Баграмяна под большие неприятности, потому что в этой должности всегда много возможностей провиниться, ошибиться, что-то упустить, кому-то не угодить. И Родион Яковлевич предложил: