пану гетману самого предводителя».

В минуту все изменилось; одни едва верили глазам своим, другие сыпали

проклятия, третьи упали духом; а драгуны бросали друг на друга тре-

Ист. о игрез. бр.

– ) Раш. Aibr. Radz.. II.

3) Истор. о през. бр.—Памят. киевск. комм., I, 3, 24.—Лет. Самов., 6. — Рук. И. И. Б.

разнояз. F. № 5.

4)

Паи, киевск. коми., I, 3, 23.

5)

Лет. Самов., 9.

G) Летон. малор.—Раш. о dziejach i pismien. SIow., I, 309.

160

вожные взгляды и шопотом поговаривали, что и оии русские. Паны собрались на

совет и не знали, что им делать.

Тогда Чарнедкий так успокоивал их: «Измена лишила нас надежды победить—это

правда; но сражаться мы еще можем: нам нельзя с малыми силами выбить Козаков из

лагеря, но можно их удерживать; место, где они стали, не совсем удобно: будем вести с

ними перестрелку, не допускать, чтоб пришли к ним подобные бездельники из

Украины; а тем временем, пошлем к гетману известить, что неприятеля нашли, но

козаки нам изменили; поэтому надобно больше войска, а особенно пехоты для штурма

козацкого лагеря. Пока мы , будем здесь сражаться против них, подойдет коронное

войско х).

Такой совет был принят. Послали какого-то Яцка Райского с письмо,м к гетману 2),

перенесли лагерь назад за Жовты-Воды 3), сбили возы в четвероугольник; впереди,

кругом на версту, вывели вал, поставили пушки 4). Козаки, с своей стороны,

подвинулись к Жовтым-Водам; началась перестрелка чрез проток 5), козаки отвечали

слабо; и поляки снова оживали духом: им казалось, что козаки боятся их; опять

возродились надежды на победу и уничтожение мятежников.

Но за ними в то время уже стояли татары, перешедшие через ЖовтыВоды выше;

«об этом никому тогда не приснилось в польском лагере», как выражается современник

6). Хмельницкий в этот день не пускал в бой Козаков, оттого что замышлял одним

ударом сокрушить врагов. Еще утром он послал через болото гонца к Тугай-бею

просить, чтоб татары поспешили; извещал, что козаки, почти не имея пушек, могут

потерпеть поражение, если допустят пройти к полякам свежим силам, что, одним

словом, успех зависит от скорости. Тугай-бей, получив известие, все еще не хотел

приступить к сражению, отговаривался и требовал, чтоб козаки начали битву. Кто знает,

быть может, располагал он ударить на того, кто окажется слабее. Но вскоре он услышал

гул оружия и понял, что козаки начали битву, п в то же время татары случайно поймали

какого-то жолнера, фуражира; от него мурза узнал, что польское войско не в выгодном

положении. Тогда, уверясь в возможности победить поляков, он отрядил из своей орды

немногочисленный отряд в тыл польскому лагерю. Татары воспользовались темнотою

ночи и неровным местоположением, и стали так, что поляки их не приметили.

Хмельницкому тотчас дано было знать об этом 7).

На следующий день, 5-го мая, в пятницу, поляки бодро и смело затевали нападение

на неприятельский лагерь. Потоцкий приказал выходить коронным хоругвям и

драгунам в поле из четвероугольника; готовили пушки 8).

7)

Hist. belli cos. polon., 56.

2) Relat. о bitwie p. Zolt. Wod.—Истор. о през. бр.—Anual. Polon. Clim., I, 32.

3)

Relat. о bitwie p. Z6lt. Wod.—Лет. Велич., I, 62.

Relat. о bitwie p. Zolt. Wod.

5)

Лет. Велич., I, 62.

6)

Relat. о bitwie p. Zolt. Wod.

7)

Hist. belli cos. polon., 56—57. s) Annal. Polon. Clim., I, 32.

161

Но в козацком лагере уже не сидели тихо, как вчера; играли на трубах, били в котлы

*); воины строились, и Хмельницкий, выехав перед войско, говорил им так:

«Рыцари-молодцы, славные козаки-запорожцы! Пришел теперь час за веру

христианскую постоять грудью. Сам Господь вам поможет! Стойте смело против

гордостной ляшской силы. Что-ж, разве вы устрашитесь этих пугал в леопардовых

кожах? Чем они вас запугают?—перьями на шапках, что ли? Разве отцы наши не били

их? Вспомните славу дедов наших, что разнеслась по всему свету! И вы одного с ними