Прижавшись спиной к стене, я затаила дыхание. Потом закрыла глаза и сконцентрировалась, пытаясь вспомнить правила самоконтроля, которым нас обучали на занятиях. Сердце у меня колотилось так громко, что я боялась, как бы мой невидимый враг не услышал его грохот.

«Дыши, — велела я себе. — И не паникуй».

Поверьте, я никогда не ленилась на занятиях, но попробуйте прибегнуть к концентрации, когда настоящий враг шаг за шагом приближается к вашему укрытию! До сих пор я никогда ни с кем не сражалась не только насмерть, но и всерьез, чтобы ранить. Но эти солдаты были вооружены не деревянными мечами боккен! Их острые клинки сеяли вокруг настоящую смерть.

Постепенно мое сердце успокоилось. Я снова прислушалась, стараясь уловить малейший звук. Но на этот раз слышны были только крики умирающих слуг, доносящиеся из глубины дома. Может, я ошиблась?

Нет. Звук раздался снова. Тихие осторожные шаги.

Я открыла глаза и заставила себя посмотреть в щель приоткрытой двери. Один из дядиных самураев медленно крался по коридору. Внезапно он резко остановился прямо напротив входа в спальню нашей матери, где я оставила свою сестру — одинокую, безоружную и беззащитную!

Я крепче стиснула рукоятку меча и дала себе слово, что убью этого самурая, если придется.

Постояв немного, он двинулся дальше, негромко поскрипывая доспехами, и я прикинула, сумею ли беззвучно вытащить меч, чтобы не выдать своего присутствия.

Внезапно в коридоре раздался громкий крик.

— Рокуро! Сюда!

Самурай обернулся через плечо. На какую-то долю мгновения я увидела его лицо, полускрытое тенью от шлема.

Это был старый, закаленный в боях воин с морщинистой кожей и алым шрамом в уголке губ. Иными словами, передо мной стоял тот самый самурай, который сражался с Нобуаки в парадном зале!

— Не сейчас! — ответил он.

Но резкий голос оказался настойчив.

— Немедленно! Это приказ!

Самурай снова посмотрел на вход в комнату моей матери. Он явно колебался, и я испугалась, что он все-таки ослушается приказа.

Я крепче стиснула пальцы на рукояти меча и стала медленно выдвигать его из ножен.

Но самурай внезапно передумал. Он резко развернулся. Гремя оружием и доспехами, он бегом помчался по коридору в ту сторону, откуда пришел.

Я перевела дух и немного подождала, чтобы убедиться, что он окончательно ушел. Затем я выскочила в коридор и тоже побежала, стараясь держаться поближе к стенам.

Я нашла Хану в той же позе, в какой оставила — лежащей на полу, обхватив себя руками.

Когда я вошла в комнату, она вздрогнула, и ее лицо побелело от страха Но, увидев, что это я, и что я несу наши нихонто, она с облегчением выдохнула.

— Я слышала голоса, — сказала она шепотом.

— Здесь был один из дядиных самураев, — ответила я, опускаясь на корточки рядом с ней. — Он уже ушел, но по пути мы можем встретить других. Если это случится, мы должны быть готовы к бою, Хана.

— Я не знаю, хватит ли у меня сил, — пробормотала сестра так тихо, что я едва услышала ее.

— Значит, тебе придется их найти!

Я взяла ее вялую холодную руку и решительно вложила в нее меч. Потом вытащила свой меч из ножен, взвесила на руке и покрутила в разные стороны, чтобы поймать лунный свет на лезвие. Почти сразу же ко мне вернулось ощущение силы и уверенности.

— Идем, Хана, — тихо сказала я. — Безопаснее всего будет спуститься к озеру. Оттуда дорога идет к западным воротам, а дальше прямо в лес. Думаю, там мы найдем мать и Мориясу.

Выглянув в прореху, я убедилась, что снаружи нет ни одного дядиного самурая, потом подобрала длинные полы кимоно и бросилась бежать. Хана не отставала от меня ни на шаг, крепко сжимая в руке свой меч. Пригибаясь к земле, мы помчались в сторону озера.

Сады утопали в тени, с другой стороны павильонов то и дело доносились свирепые крики самураев, обнаруживавших кого-то из уцелевших людей моего отца.

Языки пламени вздымались к небесам, и высокие столбы огненных искр кружились над пожарищем. К утру весь наш дом превратится в обугленные руины.

Мы не нашли следов матери и Мориясу возле озера. Черная вода была неподвижна, даже рябь не тревожила ониксовую гладь водоема.

Я поежилась и невольно покосилась на Хану.

— Сделаем так, как ты сказала, — прошептала она. — Через западные ворота… а оттуда в лес.

Сжимая в руках мечи, мы обогнули озеро и направились по петляющей тропинке к воротам. Никто не повстречался нам на пути. Должно быть, стражи отца бросились к дому, чтобы вступить в бой с дядиными самураями.

Мы с Ханой сбежали по склону холма к лесу. Но не успели мы скользнуть под защиту деревьев, как в темноте услышали громкий хруст. Следом раздались крики, и я поняла, что дядины люди где-то поблизости.