Машина мягко прошуршала шинами по брусчатке, подкатив к крыльцу дома, окруженному каменными перилами с гипсовыми вазонами, из которых струились побеги плюща. Тот же плющ покрывал стены пансионата, цепляясь за малейшие зазоры в каменной кладке, лишь немного не доходя до ската крыши.

Водитель предупредительно открыл дверь перед Кассандрой и Вероникой и достал из багажного отделения чемодан девочки. Ника с любопытством оглядывалась - она редко куда-нибудь выезжала из Замка, поэтому мало что видела в своей жизни кроме изящных, уходящих вверх светлых стен Дворца и мрачной в своей приземистости серой Замковой стены.

Девочке с первого взгляда полюбились и заросли вокруг пансиона, и мрачноватая красота здания. Ника впитывала в себя впечатления от нового места, представляя себе, сколько еще открытий ожидает ее за этот день.

Подавив в себе желание левитировать свой чемодан самостоятельно, девочка вняла голосу разума и последовала за Кассандрой и шофером, легко несшим вещи Ники.

В гулкой прихожей, куда выходили две лестницы со второго этажа, было на удивление тихо. Касси, увидев, что девочка удивленно озирается, пояснила, что сейчас время занятий, все девочки сидят в учебных комнатах.

– Или не все, - шепотом поправила ее Ника, увидев, что со второго этажа к ним спускается светловолосая девушка, чью фигуру выгодно подчеркивает приталенное темное платье. Когда девушка приблизилась, ее красота стала еще более очевидной - светлые волосы были чудесного медового оттенка, светло-карие глаза сверкали любопытством, отражая живой характер и искру характера хозяйки. Она склонила голову в приветствии и, уже не скрывая своего интереса, стала разглядывать новенькую.

– Доброго дня, Кассандра Савельевна. Пожалуйста, не заставляйте меня мучиться любопытством, и представьте эту милую девочку.

Кассандра приобняла Нику и доброжелательно произнесла:

– Это моя сводная сестра, Вероника. Милая, позволь тебя познакомить с Евой Лисицкой.

Ника вежливо кивнула на улыбку Евы и опустила взгляд на свои потертые джинсы, вдруг почувствовав себя замарашкой, что ее несколько удивило, а потом пришло понимание и злость, смывшие наведенное смущение.

– Ева, прошу прощения, но не используйте на мне эту технику. Вы выглядите чудесно, но нельзя пытаться стать лучше, принижая других, это ухудшает их отношение к вам.
– Ника не пыталась скрыть свои чувства, разглядывая раздосадованную Еву.
– Если вы желаете прочувствовать то же самое, пожалуйста.

Девочка насмешливо улыбнулась уголками губ и отвернулась от девушки, которую затапливала паника.

– Ника?
– Кассандра переводила взгляд с Евы на девочку и обратно, пытаясь понять, что именно сейчас произошло.

– Касси, просто меня заставили почувствовать, что я хуже. Я сделала то же самое. Теперь несколько часов в сомнениях ей обеспечены. У меня есть недостатки, но я их стесняюсь далеко не всегда. Как и своего выбора одежды. Эти порванные и испачканные джинсы стоят больше, чем ее годовой абонемент у косметолога.
– Ника мило улыбнулась своей названной сестре и взяла ее за руку, чтобы несколько ускорить продвижение к цели - комнате девочки.

Артем сосредоточенно пинал грушу, для концентрации слушая в наушниках классическую музыку. Его злость медленно сходила на нет, вспыхивая снова, как только он вспоминал увиденное тенью. Ника - его маленькая, вечно несобранная Ника - подверглась ментальной атаке со стороны какой-то совершенно незнакомой девчонки. Хорошо еще, что сразу распознала атаку. Для того, чтобы впоследствии управлять эмоциями человека, необходимо хотя бы раз закрепить эмоциональную привязку к себе. Так часто слабые ищут признания тех, кто их унижает.

Цепи, на которых висела груша, протестующе поскрипывали. В зале в этот час никого не было, мрачно сопящий Тема не обращал внимания на то, как с его появлением ретировались те, кто явно собирался заниматься дольше, но не желал попасть ему под горячую руку. Сквозь высоко расположенные окна заглядывало полуденное солнце, позволяя танцевать в своих лучах мельчайшим пылинкам, лаская своим теплом загорелую кожу молодого человека. Темный, как прозвали близнеца за внешность, имя и излишнее упрямство, успокоился и с некоторым ужасом покосился на зеркальную стену, где лично для него его отражение было намного темнее, чем должно было. Отражение старательно повторяло его действия, давая знать, что ничего нового пока еще нет.

Артем придержал обеими руками грушу и прислонился к ее прохладному боку лбом. Если так пойдет дальше, у девочки в пансионе появятся только враги. Преимущественно, его враги, потому что своих она прощала очень легко. Уже назавтра она будет готова сама пойти навстречу этой светленькой и учить ее "зеркалу" - технике, позволяющей отбивать подобного рода ментальную атаку. К сожалению, эта, как и многие другие техники, являлась личной, отражая атаку непосредственно с владеющего "зеркалом", становясь совершенно бесполезной в ситуациях с применением массированной атаки. И у Ники сейчас большие, ну, просто гигантские проблемы, если хоть кто-то это поймет.