– Ты же знаешь, что она чокнутая, правда? – спросила я, когда Трент потянул нас вперед. Ал с руками на бедрах, выглядел нисколько непохожим на Дженкса и хмурился на меня.

– Йю-ху! Вы пришли ловить светлячков? – позвала Тритон, и Трент сбился с шага, когда черный слой безвременья проскользнул над ней, и ее тонкая, подобная ребенку форма сменилась обычной, лысой, босой, андрогинной, одетой в форму для боевых искусств Тритон, которую я однажды обнаружила проделывающей дыры в полу моей гостиной. – Они будут замечательными ночниками, когда наступит конец света, – добавила она, а затем, когда ее взгляд прошелся по мне, она дала себе волосы, сарафан и большую, широкополую шляпу. – Привет, Рейчел.

Дерьмо на тосте, она выглядела, как моя мама, и я опустила глаза, прежде чем она смогла увидеть мое замешательство. Трент отважно пытался подобрать слова и, взяв себя в руки, протянул Алу свою ладонь.

– Алгалиарепт. Рад нашей встрече, – сказал он, и Ал на это оскалил зубы.

– Зови меня Алом, – сказал он, явно не обрадованный тем, что мы застали его здесь с Тритон. – Я настаиваю.

– Ал, – просто сказал Трент, отпуская руку вниз, когда он повернулся к Тритон. – Тритон. Рад тебя видеть.

Тритон просияла, делая скромный вид, когда она сосредоточилась на нем.

– Здравствуй, Трентон Алоизиус Каламак, – сказала она, и он застыл от ее соблазнительного тона. Рядом со мной, вздохнул Ал. – Ты выглядишь по-щегольски в лучах солнца безвременья. Я и забыла, как переливаются эльфийские волосы.

Она незаметно подошла к нему, и я шагнула ей наперерез.

– Я бы посоветовал не двигаться. – Сказал Ал, и Трент замер.

– Ах-х-х, такие нежные, даже когда они все в песке. Приходи ко мне домой, и я помою их для тебя.

– Хм... – пробормотал он, и Тритон повернулась ко мне, теперь ее волосы выглядели точно так же, как и у меня, просто вьющимися.

– Рейчел. Любимая. Ты не хотела бы поторговаться? У меня где-то там имеется Николас Грегори Спарагмос. Я оставила его где-то в надежном месте. Не могу точно вспомнить, но если бы я включила свои мозги, уверена, что смогла бы его найти.

Ник?Решительно покачав головой, я схватила руку Трента и подтащила его к себе.

– Нет. В любом случае, спасибо.

– Нет? – повторила она, ее настроение упало. – Жаль. Я ловлю светлячков, – сказала она, черные глаза резко контрастировали с ее выражением невинного забвения, когда она открыла крышку у большой стеклянной банки, появившейся в ее руке. – Светлячок, светлячок, сверкающий в небе, – она пела, удаляясь в танце с покачивающейся в воздухе банкой, слой безвременья покрыл ее, и она снова стала четырнадцатилетней и болезненной. – Поиграй со мной и не пугайся. Принеси свой свет, что никогда не умрет. Милый, маленький светлячок.

Лицо Трента побледнело, когда он наблюдал за ее безумным танцем в красном освещении вокруг нас.

– Она не была такой раньше.

Румяное лицо Ала стала кислым, когда он водил тростью по кругу и наблюдал за ней.

– Это приходит и уходит. Мы попытались сопровождать ее, дозируя ее забвение, записывая ее воспоминания... – Он вздрогнул. – Ничто, кажется, не работает кроме Рейчел.

– Кроме меня?

Ал послал мне непроницаемый взгляд.

– Особенно плохо, когда она что-то вспоминает. Вот почему я пришел сюда. Мне не нравится, когда она крутится рядом с твоей линией, которая, кстати, в порядке. Почему ты здесь? Вместе с этим эльфом? – закончил он мрачно.

Неловко, я облизнула губы, немедленно жалея об этом, когда кислая пыль покрыла мой язык.

– Я могла спросить тебя о том же, – сказала я, избегая его.

– Я и забыл, как здесь все бесплодно, – сказал Трент, демонстративно меняя тему разговора, и Ал оторвался от разглядывания Тритон, которая подпрыгивала, пыталась что-то поймать в банку Мейсона [14] .

– Да... – протянул он. – Вы устроили чертовский беспорядок, прежде чем оставить нас умирать здесь.

Трент даже не вздрогнул.

– Мои предки, возможно. Но не я. – Он наклонил голову. – Что она делает?

Пыхтя, Ал расправил свой бархатный камзол.

– И все же, ты все еще не собираешься делать с этим что-нибудь. Не говори мне, что ты без вины виноватый.

– Тритон! – позвала я, и Трент ахнул, когда Ал попытался перехватить меня, чтобы я замолчала. Увернувшись, я отошла от него. – Тритон? Что ты помнишь?

Изображая невинность, Тритон подбежала к нам, прикрывая вершину банки.