– Где-то в безопасном месте.

Вытаращив глаза, я уставилась на нее.

– Скажешь мне, пока ты не забыла?

Снова демон была как будто собой недовольна, она постучала концом посоха по земле, обдумывая это.

– Возможно, ты права, – пробормотала она, и я вздохнула с облегчением, когда они снова здесь появились. Ал был бледным, когда сел на сухой земле, а глаза Трента были широко распахнуты, но, по крайней мере, теперь они могли двигаться.

– Ведите себя прилично! – произнесла Тритон, четко цокнув. Поморщившись, она оглядела изголодавшуюся по дождю землю. – Я чувствую дикую магию. Кто ее выпустил? Ты?

Она обращалась к Тренту, который в настоящее время вынимал из-под себя камушек.

– Нет, – прохрипел он, взявшись рукой за горло. – Но я намерен выяснить, кто это делает.

– Он врет! – бушевал Ал, потом упал назад, когда Тритон свирепо посмотрела. – Он собирается соблазнить и поработить ее, и нас вместе с ней! – добавил он.

– Чепуха. – Тритон посмотрела на Трента, эльф по-прежнему усиленно старался дышать. – Ты же не собираешься заниматься сексом с Рейчел, м-мм?

Трент приподнял голову, и я ничего не смогла поделать, когда его глаза встретились с моими.

– Кх-м, какое все это имеет отношение к теме? – он сказал.

Тритон повернулась достаточно быстро, чтобы заставить меня подскочить.

– Эй, смотри? – сказала она торжествующе Алу, ее разум начинал соскальзывать обратно в нестабильное состояние. – Он не знает, что единственный способ поработить ее – это секс. Теперь сиди там и болтай с эльфом. Мы скоро вернемся. Ведите себя хорошо, или я отложу вас куда-нибудь в безопасное место, пока мы не закончим.

Оцепенев, я осталась податливой, когда она сцепила свою руку с моей и начала пробираться через один из самых больших завалов камней.

– Рейчел, любимая, – пробормотала она, когда ей на глаза попали стеклянные банки. – Что ты с Алом делала на земле, со всеми этими банками?

Я бросила на нее косой взгляд.

– Собирали светлячков, для того, когда солнце потемнеет. Твои слова, не мои.

Она притормозила, а затем возобновила движение с твердой решимостью.

– Не хочешь чаю?

Идея поесть что-то здесь под палящим солнцем и песком была отталкивающей, но я кивнула.

– Я бы предложила что-то с большим количеством плодов шиповника, – сказала она, морщась, когда изящно садилась на стул с проводной оправой, который внезапно появился. – Они маскируют вкус песка. – Сначала возник стул, а затем появились покрытый белой тканью стол и зонтик. Трепещущая тень была облегчением, и я села, передвигая мой стул, таким образом, чтобы я видела Ала и Трента, они оба гневно уставились на меня, когда встали на ноги и отряхивались от грязи безвременья. Если единственные точки соприкосновения, которые они могли найти, были гневом на меня, то пусть так и будет.

– А теперь, – сказала Тритон чопорно, напомнив мне Кери, когда она начала разливать чай в присыпанные красным чашки. Чай в пустыне Сахара. – Настало время поговорить о птичках и пчелках. Любимая, у тебя был секс с Трентоном Алоизиусом Каламаком?

Пораженная, я потянулась за чашкой.

– Нет.

Тритон следила за мной, не делая никаких движений к чашке.

– Этот эльф был твоим фамилиаром больше года, и он не положил никакую свою искорку в твое зеркало вызова хоть раз?

Смущенная, я сделала глоток, затем выплюнула его обратно в чашку.

– Я даже не нравилась ему до недавнего времени.

– Нравилась? – Тритон взмахнула ручкой в воздухе, и ее волосы взлетели волной вокруг головы. – И когда это отсутствие симпатии мешало хорошему сексу?

– Почему все предполагают, что я занимаюсь с ним сексом? – сказала я раздраженно.

– Потому что он эльф, дорогая, а эльфы очень хороши в этом. – Тритон посмотрела на расстоянии на Ала и Трента, она сморщила лоб, когда Ал толкнул Трента, прижав того к скале и шепча в ухо угрозы. – Почему, как ты думаешь, Ал провел столько времени с этой эльфийкой? Кери, так? Это не потому что он любил ее. Ох, подожди секунду, именно потому... – Ее глаза расфокусировались, а затем снова прояснились. – Чай отвратительный. Есть печенье.

Я посмотрела на тарелку печенья, которая отсвечивала в реальности, открыв рот, я поняла, что они все еще были мягкими и почти теплыми, и что я могла ощущать слабый намек на шоколад под тяжелой вонью жженого янтаря.

Тритон взяла печенье и размахивала им, пока говорила.

– Это не секс, это магия. Ты пробовала ее. Я вижу это в тебе. И я молюсь, чтобы ты не была опьянена этим настолько, чтобы попасться.

Встревоженная, я посмотрела через разбитую землю на Трента, вызывающе стоящего под разглагольствованиями Ала.

– Эльфийская магия – сладкая, сладкая зависимость, – сказала Тритон тихим голосом, едва дыша, наблюдая за Треном с пугающим желанием. – Ты думаешь, что она не требует платы, потому что нет копоти, но она всегда требует компенсации. – Ее черные глаза посмотрели на меня. – Их Богиня – обманщица. Если хочешь привести себя к ней, можешь сразу покончить с жизнью. Не будет ничего кроме страданий и предательств за предательствами, пока не наступит мучительный конец, пока она, смеясь, не заберет твою душу, чтобы сделать себе новые глаза.