– Я кучу лет не была в боулинге, – проговорила я, и Трент, неловко, зашел следом и встал передо мной.

– Это значит, ты согласна? – робко спросил Трент, и я кивнула. Мягкое прикосновение его руки к моей пояснице мощно пронеслось по мне, и я уцепилась за энергию, чтобы восстановить баланс пока, он не успел уравновеситься между нами. Я чувствовала себя разодевшейся, когда мы подошли к стойке, я положила сумку на поцарапанный пластик, чтобы снять свой жакет и превратиться из бизнес-вумен в девушку, только что приехавшую с работы. Под пластиковым стендом была таблица рекордов, и я взглянула на бар в углу, мой живот заурчал от восхитительного запаха жирного соленого фаст-фуда. Да, это то, что надо. Спаси меня Боже, если об это пронюхает Ал.

– Две игры, пожалуйста, – попросил Трент, вытаскивая свой бумажник. – А последняя дорожка свободна?

Парень за стойкой повернулся, отвлекаясь от своего занятия по переключению жужжащей здесь музыки. Он выглядел старше, что, скорее всего, было следствием нелегкой жизни.

– Третья дорожка, – ответил он, затем моргнул и уставился на меня. Вот дерьмо, он, что, меня узнал?– Вам, хм, нужна обувь?

Трент кивнул.

– Восьмой женский размер и десятый мужской.

У этого парня был стул на колесиках, и привычным движением он оттолкнулся от стойки к стене со множеством полочек, схватил две пары ботинок и прикатился обратно.

– Итак, с обувью будет сорок три, если только вы не хотите включить две корзины с гамбургерами. Они идут в комплекте с двумя бокалами пива в каждой.

Все-таки это была ночь парочек, и Трент повернулся ко мне.

– Хочешь?

– Конечно. – О Боже, что я творю?Это чувствовалось намного рискованнее того, чем мы раньше занимались с Трентом, включая время, когда мы воровали ДНК эльфов у демонов. Напрягаясь, я снова повернулась к стойке. По телевизору вещали сегодняшние дурные новости в противовес песням о любви, но романтика все-таки побеждала.

– Я за все заплачу, – сказал Трент, когда я потянулась к сумке за бумажником. Он ухмылялся, когда отсчитывал деньги. – У нас свидание, – добавил он с мужской гордостью оплачивая счет, и я покраснела.

Парень за стойкой взглянул на меня, потом на Трента как на придурка.

– Я заметил, – пробурчал он. – Позвольте продезинфицировать вашу обувь.

Поставив обе пары на поцарапанную пентаграмму на стойке, он пробормотал заклинание на латыни. Мой внутренний поток энергии подскочил от вспышки силы, окутавшей ботинки. Я понимала, что вспышка всего лишь представление, но выглядело убедительно, и я взяла свою пару, когда парень пододвинул их к нам. Кожа до сих пор была теплой и жесткой от того, что ее часто зачаровывали.

– Наслаждайтесь игрой, – сказал он, протягивая нам карточку участников для записи результатов и тоненький карандаш. – Еда будет в баре, – резко нагнувшись, он порылся в пластиковом ведерке. – Вот ваши купоны на пиво и гамбургеры.

Трент улыбался, выглядя совершенно неуместно, даже, несмотря на свои джинсы и повседневную рубашку, когда брал обувь.

– Спасибо. Третья дорожка?

Кивнув, парень нажал на кнопку на панели, и она засветилась, пинсеттер [9] запустился, обнуляя результаты предыдущей игры.

– Это так странно, – сказала я, становясь на место позади Трента.

– Почему? – Он посмотрел на меня через плечо. – Я делаю нормальные вещи.

Отведя взгляд от него, я стала разглядывать стеллажи с шарами, подбирая подходящего кандидата.

– Ты когда-нибудь бывал здесь? Занимался чем-то обычным?

Трент сошел с полоски ковра на кафельный пол и нашу дорожку.

– Честно? Нет. Дженкс предложил это место, когда я его спросил. Но запах у гамбургеров замечательный.

Значит, Дженкс?Подумала я, намереваясь поговорить с пикси по возвращении домой, я бросила свои ботинки на стул и отправилась за шаром. Трент зашнуровывал свои, когда я вернулась с двенадцатифунтовым зеленым шаром с изображением Тинкер Белл [10] . Совершенно ясно, это раньше был чей-то личный шар, и скорее всего на нем еще могли остаться чары, которые могли бы мне помочь в игре, если бы я смогла угадать правильное слово, чтобы их активировать. Трент с любопытством проследил за моим выбором, когда я брала шар со стойки, но во мне уже загорелся игорный азарт, и я с предвкушением представила, как он катится к кеглям. Это может оказаться классным. У меня раньше уже были дружеские свидания.

– Ты шутишь, – сказал он, когда я уселась и сунула туфли так, чтобы уложить их под дешевые пластиковые сидения.

– Говорят, что можно многое сказать о человеке по шару, который он использует.

Его глаза встретились с моими, и меня накрыла волна эмоций. Ладно, все это не должно быть абсолютно платоническим. Не должно, если мы оба будем знать, что это единственное свидание, которое мы можем себе позволить.

– Так говорят? – спросил он, наклонив голову и посмотрев на меня из-под челки, и я кивнула, подумав, Зачем я это сказала?Туфли все еще были теплыми, и я затаила дыхания, наклоняясь, чтобы их одеть. Трент медленно встал, его движения были в такт романтической музыке, ох, как же он потрясно выглядел. Я завязала шнурки и приготовилась к игре, когда он подошел к стойке и снял простой черный шар без надписей. – Этот выглядит неплохо.

Неплохо. Ну да. Что мне действительно нравилось, так это его ягодицы, напрягающиеся, когда он держал тяжелый шар. Медленно, я отрицательно покачала головой, и он положил его обратно.

– А этот? – спросил он, подхватывая ярко-синий шар, и я снова покачала головой, показав на нижнюю полку. Трент сердито посмотрел, – Он же розовый, – категорично возразил он.

Забавляясь над ним, я просияла.

– Выбор твой, но я уверена, что на этом еще осталась парочка заклинаний.