Шрифт:
– Ты дрожишь...
– тихо шептал он, - Холодно?
Алиса медлила с ответом, а потом просто кивнула головой. Винсент обнял её, чтобы согреть, но она оказалась не холодной, как он ожидал. Он внимательно посмотрел на её лицо: на лбу залегла морщинка, ресницы слегка подрагивали, челюсть напряжена, и эта закушенная добела губа... То был не озноб, а страх, она боролась с ужасом, сковавшим её.
Блэквелл не знал, как себя повести, не знал, что говорить, что делать. Он просто прижал её к себе крепко.
– Спасибо...
– тихо сказала она хриплым голосом.
– Я не тот человек, что ободрит советом или вспомнит народную мудрость.
– А я не тот, что будет этого ждать.
Алиса посмотрела на него загадочно и даже мрачно, а потом поцеловала в щёку со словами:
– Поспи, тебе надо набраться сил.
Они заснули в обнимку, прикрывшись одеялом.
Глава 32
Ночью их разбудили стуком в дверь. Лорд Блэквелл встал, надел брюки и в бешенстве открыл дверь.
– Что б тебя, Франческо!
– Мой Лорд, весть с Востока: туда вторглись силы Некроманта.
Винсент побледнел:
– Собирайте людей. Я буду через час.
Когда дверь захлопнулась, он обернулся к девушке, спящей до этого в постели, и закричал:
– "Тебе надо набраться сил"! Ты ведь почувствовала это? НЕ ВРИ МНЕ!
– Да, - Алиса села на кровати, по пояс укутанная в одеяло, длинные волосы спадали по плечам, прикрывая грудь, спина прямая, взгляд был серьёзный.
Блэквелл схватился за голову.
– Когда?
– Когда шла на Совет.
Он издал яростный рык и ударил кулаком в каменную стену, которая тут же дала трещину.
– Игры в чувства с человеком, которого ты на дух не переносишь, охуенно блядь! Я похож на предсмертный развлекательный аттракцион!?
– Прости...
– Ты сумасшедшая ебучая манипуляторша!
– он схватился за голову, давя себе на череп, - Ты казалась такой настоящей, я почти поверил, Алиса...
– Сейчас важно другое, успокойся.
– Что, блядь?
– То, что ты будешь делать дальше.
– И что ты думаешь?
– Винсент, успокойся, пожалуйста. И иди ко мне.
Он смотрел в её ласковые глаза от которых веяло заботой, покорно подошёл к ней и лёг, кладя ей голову на колени. Она массировала ему голову, расслабляя каждую мышцу, касалась то нежно, то с силой, но всё это было так приятно, что периодически по коже пробегали мурашки.
– Ты в последнее время всё делаешь без кольца. Верно?
– произнесла она, гладя его голову, и он кинул, - Значит дело за малым...
– Ну как сказать, использовать четыре стихии сразу - задачка не простая, учитывая, что я освоил только три.
– Ты тренировался с водой и землёй?
– До изнурения, но воздух...
– он закусил губу, - Я едва могу сдуть лист бумаги.
– Ты обременяешь его контролем, изнуряешь слишком глубокими умственными процессами, что тебе по жизни свойственны, а это как раз делать не нужно. Воздух подчинится твоему интеллекту, но процесс должен быть лёгким.
– Я постараюсь...
– он задумался, - Лис, но в итоге... управление стихиями - противоречие. Земля требует стабильности, воздух наоборот, тоже самое с водой и огнём! Прибавь ещё то, что нужно контролировать состояние Архимага, но как всё это совместить? Всё это просто какой-то бред! Как держать себя под контролем и быть бесконтрольным одновременно?
– Этого я не знаю, - грустно улыбнулась она, - Ведь ты - универсальный стихийный маг, а не я. Я лишь понимаю стихии, они приходят мне на помощь, но я не управляю ими, для меня это противоестественно.
Винсент закрыл глаза и задумался. Он взвешивал какую-то информацию, пока Алиса перебирала его волосы. Рядом с ней энергия была чистая, притягательная, она без труда проходила по жилам вместе с кровью, раскрывая резервы организма. Винсент думал о том пророчестве и понимал, как его будущее воплощение вызвало силу стразу четырёх стихий, ведь Алисы в тот миг была рядом хоть и мёртвой, она очистила энергию от Некромантии, дав возможность убить демона. Только так можно было его убить, и никак иначе, но он не мог позволить ей умереть.
– Дело в Квинтэссенции...
– тяжело вздохнул он, - Я могу быть таким только рядом с тобой. В этом моё "проклятие Акаши": ты вдохновишь меня настолько, что границы магии будут стёрты, я смогу совместить противоречия Стихий.
– Да.
– согласилась она, - Поэтому я должна быть там.
– Я скажу это в последний раз: нет. Я так решил, и ничто этого не изменит.
Рука Алисы спустилась к его щетине, провела по губам, спустилась по линии подбородка к кадыку, обводя пальцами адамово яблоко, затем переместила ладонь к ключицам. Блэквелл, не открывая глаза произнёс: