Шрифт:
Драко так любил ее, он провел пальцами по ее гладкой поверхности… Десять дюймов, боярышник, а внутри волос единорога… Сколько они вместе пережили. Кончики пальцев слегка пощипывало…
«Надо!»
Парень подошел к кровати, присел на краешек и сказал:
— Грейнджер! Сколько лет вражды. Но ты изменила кое — что. Никогда бы не поверил, если бы мне сказали, что я нарушу ради тебя свое обещание.
Он сжал ее руку и начал шептать лечащее заклятие…
Капельки пота стекали по его вискам, он чувствовал, что с трудом начинает дышать. Последние слова заклятия срываются с его губ.
— Это ради тебя…
Драко наклонился и поцеловал ее в губы.
Девушка перестала метаться и дыхание выровнялось, она, по всей видимости, уснула.
Драко встал с кровати, удерживаясь руками о спинку стула. Он медленно пошел к ванной.
«Срочно умыться!»
Он стоял в ванной, смотря на себя в зеркало, из носа потекла кровь. Все мысли смешались, дыхание с хрипом вырвалось из легких.
Вдох…Выдох…
Ощущение неизбежности… и моральное удовлетворение.
«Ты сделал что-то хорошее, Малфой! Ты помог человеку!»
Гермиона очнулась, открыла глаза. Над головой зеленый полог.
«Странно… Я же уснула в своей комнате».
Оглядевшись еще раз, она поняла, что не ошиблась. Это комната Малфоя. Она увидела на краю подушки полотенце и стул рядом с кроватью.
«Что бы это значило? Как я здесь оказалась?»
Гермиона приподнялась, осматривая комнату. Ее футболка валялась на полу, она в ужасе посмотрела на себя, на ней была мужская футболка… Его футболка.
«Да что же произошло этой ночью?»
В голове появились смазанные картины, как она, кажется, захотела пить, как вышла в гостиную… Потом ощущение, что крепкие руки, с легкостью оторвали ее от пола.
«Стоп! Что я делала на полу?»
Гермиона подперла лоб рукой, дальше воспоминания были, как в тумане. Внутри не оставляло ощущение потери. Она теряла его…теряла Малфоя.
«Где же он сам?»
В комнате его не было, девушка решительно опустила ноги на пол.
«Надо его найти! Может он мне расскажет что произошло».
Гермиону еще пошатывало, она остановилась, ожидая пока уляжется эта пляска перед глазами. Медленно она двигалась к выходу в гостиную, но заметила, что дверь в ванную приоткрыта. Гермиона, следуя внутреннему зову, двинулась к ванной. Опасливо открывая дверь, она сделала шаг внутрь.
Слабость снова охватила ее, и обуяла паника. На полу лежал Малфой, кровь струйками стекала из носа и рта. Гермиона подскочила и рухнула на колени рядом с ним. Колени больно ударились о кафель, но ей было все равно. Он был так холоден, совершенно белое лицо. Девушка пощупала пульс…
Тишина…
«Нет! Нет! Нет!»
— Нет! Малфой, чертов ублюдок вставай! — Гермиона трясла его, в надежде, что он очнется. Ведь Малфой никогда не прощал ей таких оскорблений. Он просто обязан был ответить… но он молчал.
Происходящее казалось нереальным. Малфой — тот, от кого она мечтала избавиться, лежал здесь бездыханный. И она отдала бы все, чтобы он сейчас открыл глаза и скривился в своей лучшей «Малфоевской» ухмылке.
Гермиона кричала, слезы лились по лицу. Она подтянула его к себе, обняла. Пальцы скользили по его волосам … Она уткнулась лицом в его грудь.
— Малфой! — сквозь слезы бормотала она.
Чувство глубокой пустоты заполнило ее душу, разрывая и убивая, словно сердце крошили на мелкие части.
— Прошу тебя, открой глаза, у меня уже нет сил тебя терять, снова и снова…Ты нужен мне, идиот, ты мне необходим, — девушка не слышала свих слов, они лились сами собой из ее души, из ее сердца.
…Кажется, она услышала еле слышный вдох…
Трясущимися руками она снова приложила пальцы к шее…незаметное биение…почти неощутимое. Сама не веря своим ощущениям, она приложила голову к его груди. Сердце билось, но слабо.
— Малфой, очнись! — трясла его Гермиона.
«Оставь панику, соберись! Срочно бежать к профессору Дамблдору, он точно поможет. Стоп… его нет в школе. Что же делать? Снейп!!! Мне нужно к Снейпу!»
Девушка аккуратно положила голову парня на пол.
— Я скоро! Малфой, я быстро!
Она сорвалась с места, выбегая в коридор. Голова кружилась, болезнь, видимо, еще не прошла окончательно. Да и плевать…она бежала, что есть мочи. Страх сжимал все внутри, сейчас было важно лишь одно. Бежать…успеть…