– Даже не знаю. Но я хотел бы это выяснить.

У него был хриплый и честный голос, без намека на шутку или издевку. Никакой самодовольной ухмылки. Только глубокие зеленые озера, которые наблюдали за мной.

Я почувствовала, что дышала тяжелее, чем обычно, и надеялась, что он этого не заметил. Мне было неловко от того эффекта, который он на меня производил. С ним усиливались все мои чувства.

Я сглотнула и продолжила гладить Нико, который сидел между нами.

– Ты несколько раз упоминал о том, что хотел скрыться и провести время наедине. Что это значило?

Он не ответил и его молчание о многом говорило. Я нащупала деликатную почву. Чувствовала, как она просачивалась через него.

– Ты не хочешь, чтобы я знала? – спросила я его.

Шторм медленно покачал головой, его пальцы по-прежнему играли с моими волосами, нежно смахивая их с моей щеки.

– Нет, - сказал он. – Не хочу. Но позволь мне кое-что сказать. Я просто хочу быть собой и могу сделать это, только оставаясь наедине.

Я потянулась и взяла его за руку, осторожно убирая ее от моих волос.

– А ты был «собой», когда мы сидели вместе в грузовике?

– По большей части.

– Это хорошо или плохо?

– Поучительно.

– Поучительно? Что это значит?

Он встал и потянул меня за собой.

– Пойдем, я хочу полежать в горячей воде в джакузи. Я очистил террасу от снега, пока ты была в душе.

Он начал тянуть меня из комнаты, держа за руку. А я тащила обратно.

– Погоди, что?

Горячая вода? Ой, нет.

Он продолжал тянуть меня через комнату, раздвинул стеклянные двери, которые вели к деревянной террасе с задней стороны дома. Он щелкнул выключателем и множество маленьких рождественских огоньков, которые были разложены на полу, засветились голубым сиянием. Покрытие от джакузи уже было снято и лежало в углу, а от бурлящей воды поднимался пар.

– Шторм, здесь холодно...

– Я знаю, но там будет довольно жарко. Я подготовил ее, пока ты принимала душ. Мне нравится лежать в горячей джакузи посреди зимы, когда вокруг темно и холодно.

Он не в своем уме, если думает, что я залезу в горячую джакузи с ним ночью, пока мы посреди леса, в окружении снега.

Он отпустил мою руку и потянул свои штаны вниз, пока не остался стоять в одних боксерах. Я отвела взгляд, но не раньше, чем отметила про себя, что его ноги были такими же мускулистыми и покрыты татуировками.

Шторм залез в джакузи и медленно погрузился в воду.

– Ууууу! – прокричал он. – Охрененные ощущения. Тащи сюда свою задницу, Эвелин.

– У меня даже купальника нет, - тупо сказала я. Часть меня хотела забраться к нему. Как хорошо сейчас бы чувствовалось это тепло.

– Просто залезай в лифчике и трусиках. Я тебя не трону. Я даже не стану смотреть, пока ты будешь залезать. Видишь?

Он отвернулся и смотрел сейчас в другую сторону.

Когда еще у меня будет такой шанс посидеть в горячей джакузи посреди леса под черным небом, усыпанным звездами? Вероятно, никогда. Со мной никогда не происходит ничего подобного.

А, к черту все. Я сняла толстовку и выскользнула из штанов.

– Даже не вздумай повернуться, - сказала я, погружаясь в джакузи. Не ожидала, что вода окажется настолько горячей.

– Святое дерьмо! – сказала я, втягивая воздух в легкие и медленно опускаясь в бурлящую воду. Такое ощущение, что я здесь сварюсь.

– Я могу уже поворачиваться?

– Думаю, да. Но оставайся там, где сейчас.

Когда Шторм повернулся ко мне, на его лице была широкая улыбка.

– Потрясающие ощущения, правда?

Я опустила свое тело как можно ниже в воду, чтобы он не видел меня.

– Отличные ощущения. Хотя меня не должно здесь быть.

– Почему? Я бы не дал тебе утонуть.

– Просто у меня такое чувство, что мне не стоит делать то, что я делаю с тобой.

Он брызнул водой мне в лицо.

– Прекрати думать, что все, что ты делаешь, неправильно, Эвелин. Блядь. Не удивительно, что у тебя панические атаки. Ты же так давишь на себя. Просто позволь себе получать удовольствие и прекрати думать, что это неправильно.

– Но это неправильно, Шторм.

– Эвелин, если ты хочешь это делать и наслаждаешься процессом, может это должно что-то значить, понимаешь?

– Правда? И что же это значит, Шторм? Что я должна делать все, что мне захочется, веселиться, независимо от последствий или от того, кому я причиню боль?

– Нет, я не думаю, что ты должна кому-то причинять боль. Но, если то, что делает тебя счастливой, причиняет кому-то боль, может, ты не должна быть с ними? Ведь так? Это твоя жизнь. Ты должна сделать себя счастливой.