Восстановив резерв, с тяжелым вздохом поднимаюсь на ноги, и прислушиваюсь к измученному организму. Да, проклятие, это будет очень длинная ночь. Мало мне дневного марш-броска, так еще танцы всю ночь напролет ожидаются. Сплюнув, поворачиваюсь к наставнику, заканчивающему обыск трупов.

– Есть что-то интересное?
– Интересуюсь у мародерствующего полуальфара.

– Кошели.
– Хмыкает тот.
– Все остальное никуда не годится, если, конечно, тебя не интересуют ношеные тряпки.

– Тряпки, говоришь.
– Криво усмехнувшись, подхожу к трупу Райгера и касаюсь кончиком сапога выпавшего при падении из смерча жезла.
– Ничего так тряпочка, а?

– Ты что, - изумленно уставился на меня Аркес, - возьмешь в руки эту костяную мерзость? Или ты не видишь, из чего эта дрянь изготовлена?

– Дрянь? Знаешь, Аркес, тут ведь как посмотреть. Кому мерзость, а кому и рабочий инструмент.
– Покачав головой, опускаюсь на корточки и рассматриваю творение неведомого мастера. Берцовую человечью кость на основу для жезла чего, ради пущего антуража пустили?
– У меня, знаешь ли, четыре заклятия, ну, из числа тех, что в бою колдовать стоит. Четыре! А мой жезл рассчитан на хранения всего-то двух.

– Думай сам.
– Поджимает губы наставник.
– Одно тебе скажу, Поль. Даже не пробуй соваться с этой гадостью в деревню. Сожгут сразу, как пособника некросов, понял?

Пожав плечами, осторожно сжимаю пальцы на гладкой рукояти, после чего, шипя сквозь зубы, отшвыриваю жезл и трясу обожженной рукой. И правда, мерзость... М-м-м, как же больно, а...

Заклятие 'Познание' улучшено на единицу.

– В чем дело, Поль?
– Наставник оказался около меня, что называется, в мгновение ока, после чего с силой разжал конвульсивно стиснутые пальцы.
– Что произошло?

– Меня обожгло.
– С шипением трясу пострадавшей рукой, чувствуя, как мало-помалу успокаивается режущая боль.
– Эта гадость, оказывается, требует от владельца наличия навыка 'Некромантия'. Жаль только, что понял я это лишь после того, как ее коснулся.

– Тем лучше.
– Мрачный взгляд наставника скользит по гладкой коже моей ладони.
– Ты вообще как? Следов ожога вроде нет.

– А, что-то соматическое, нечто вроде наведенной боли.
– Отмахнувшись, встаю на ноги.
– Ладно, что делать будем, командир? Лезем внутрь, или все же за подмогой сбегаем? Лич-то, по словам наших новых друзей, еще как минимум неделю в себя приходить будет!

– Ага. Сбегаем.
– Саркастически ухмыляется полуальфар, дернув острыми ушами.
– День туда, день обратно. За это время и лич в себя придет, пусть и не в полную силу, да и накопители выжившие некросы зарядят. Скелетов поднимут, опять-таки, а? Сколько жизней положить придется, сам подумай... Ну, нет. Сейчас нам нужно убить всего-то пару некросов, и мы их, проклятие, убьем. И, возможно, мы сможем расколотить филактерию еще до того, как эта тварь на свет божий вылупится.

– Мне одно не нравится, Аркес.
– Твердо смотрю в глаза наставника.
– Если мы сейчас тут оба ляжем, в деревне так и не узнают о готовящемся нападении.

– Узнают, - безразлично пожимает плечами альфар-полукровка, - да и трупы найдут быстро. У меня кусочек амулета разделенной жизни при себе, знаешь ли.
– Видя мой недоуменный взгляд, наставник расщедрился на объяснение.
– Артефакт в виде заклятой деревянной палки. У командира при себе оголовье, и он, с его помощью, сможет почувствовать, если я умру. Да и направление определить сможет, ведь там чары сродни тем, что заложены в браслете-сонаре.
– Помолчав, Аркес меряет взглядом стену из темного камня.
– Ладно, полезли. Пока мы тут лясы точим, враги работают.

Нет, я знал, что ночь выйдет долгой, но чтобы настолько! Слух меня отнюдь не подвел, я и вправду тогда услышал глухой стук, с которым засов перекрыл нам возможность войти в башню через парадный вход. В итоге, нам пришлось карабкаться по вертикальной стене к темным провалам окон, находящимся в добром десятке метров от выжженной черным ритуалом земли. Зацепиться пальцами, нащупав щель в между грубыми каменными блоками, подтянуться, найти опору, уперевшись в нее пальцами ног... То еще удовольствие. И, пожалуй, в прошлой жизни я такой подъем, уж точно бы не осилил. Лишний вес и дряблые мышцы отнюдь не способствуют такой безумной форме акробатики, как альпинизм без страховки!

Перевалившись через почти незаметный подоконник, безвольной куклой сползаю по стене, и пытаюсь отдышаться. Смешно сказать, но я всегда боялся высоты, и то, что мне сейчас пришлось добрых десять метров карабкаться по отвесной стене... Передернув плечами, поднимаюсь на ноги, чувствуя, как мало-помалу успокаивается сердцебиение. Хорошо еще, что, пока лез - на глупости, вроде мыслей 'а вдруг я упаду', времени не было. Пока делом занят был, все было отлично, но стоило лишь чуточку расслабиться, как моя фобия подкатила и, что называется, накрыла с головой. Глубоко вдыхаю, выдыхаю. Все, почти норма, лишь сердце пока колотится чуть быстрее положенного.