Нажатие кнопки, и мгновенно родившийся луч мощного фонаря высветил обитателя этих чертогов – гигантский дизельный генератор.

Посветив фонарем в разные стороны, Рузин понял, что зал с дизелем на самом деле двухэтажный. На нижнем этаже находились дизель, котлы отопления и многочисленные электрические щиты с рубильниками и вольтметрами. На верхнем этаже обнаружилась большая установка непонятного назначения с гирляндами пузатых зеленых банок.

По пути повстречалась стальная дверь, за которой разместился здоровый подземный резервуар. В нем остро пахло машинным маслом, а внутри гуляло звонкое эхо.

После резервуара дорога продолжила свой путь, вскоре выйдя к бочкам, которыми словно кто-то перегородил путь. Были тут и ярко-оранжевые бочки с непонятной химией и обычные, разящие соляром и керосином, и даже бочка для спирта с запирающейся на замок горловиной. За бочками виднелась каменная лестница, на ступеньках которой лежало кое-что необычное, а именно два темно-зеленых тубуса. Что это, журналист не знал, но, как выяснилось, знали сталкеры.

– Ух ты, «ясень»! – воскликнул Зубр.

– Ничего себе, я их лет пять уже как не видал! – пробасил Паровоз.

Видя недоумение Виктора, Шамиль пояснил:

– Это, брат Умник, контейнер для особо агрессивных артефактов. Один из первых, производства Харьковского турбинного. Тяжелый, сука, но зато неубиваемый.

Они пошли дальше, подсвечивая себе путь карманными фонарями. Слабые лучи выхватывали плоскости покрытых кафелем стен с темными пустыми нишами, широкие столы с разбитыми мониторами.

С пультов и консолей смотрели разнообразные механические циферблаты и шкалы с верньерами, как в старых фильмах про капитана Немо или доктора Каллигари. Под ногами хрустели пожелтевшие от времени допотопные перфоленты, распечатки и большие дискеты старого образца. В одном месте пол был усеян стреляными гильзами, причем разных калибров. Кто с кем тут бился?

Сюрпризы еще ждали их впереди, за дверью, помеченной спиралью, знаком артефактных хранилищ. Виктор обошел сектор, но он был совершенно пуст – голые решетки полок да круглые циферблаты приборов над турникетами.

Зато контейнеры для хабара прятались в туалете, расположившись прямо на кафеле. Сталкеры не преминули их вскрыть, но там не оказалось ничего, кроме воздуха, а в последнем – какого-то дохлого высохшего таракана или кузнечика в десяток сантиметров длиной.

– И как он туда залез? – огорченно пробормотал Зубр, вытряхивая таракана из тяжелого металлокерамического цилиндра.

– Много ты понимаешь! – пошутил Паровоз. – Это ж коллега наш, брат-сталкер, только тараканий. Тоже артефакты искал для сдачи своим насекомым барыгам.

Шутку, однако, никто не поддержал.

Дальше путь оказался закрыт – четыре стальные двери с кремальерами вели в разном направлении, и все четыре оказались наглухо задраены. Пришлось спуститься по боковому трапу и двинуться узким коридором гуськом, один за другим.

Новая комната-камера нашлась через полсотни метров.

Здесь в нише оказалась ведущая вертикально вверх лесенка, но дорогу к ней преграждало нечто вроде здоровенного мотка жестких нитей или проводов, похожего на свернувшегося в клубок непричесанного дикобраза. Вокруг него в свете фонарей переливался странный ореол.

– Стой на месте! – прикрикнул Дракон на Зубра, сунувшегося было к клубку с детектором.

– Брат, а чё оно такое? – глупо улыбнувшись, справился сталкер.

– Это «стеклянный ёж», – пояснил вожак. – Артефакт редкий, порождается аномалией тоже очень редкой – «плавилкой-давилкой». Состоит из мономолекулярных нитей особой прочности. Вот глянь, что с тобой было бы!

Он подобрал с пола какую-то деревяшку и швырнул в «ежа».

Не долетев до цели почти два метра, она бесшумно разлетелась на несколько кусков и упала на бетон, причем в полете каждый кусок был разрезан буквально в крошево.

– Ну и ну! – только и прокомментировала молчавшая дотоле Наташа. – Спаси, Господи, люди Твоя!..

И перекрестилась.

– И дорого такая хрень стоит? – алчно осведомился Зубр.

– Двадцать штук «зелени» примерно, – ответил Шамиль.

– Но чтоб ее взять, – вмешался Дракон, – нужен спецконтейнер, лучше из стали соответствующей марки. Плюс гравимашинка на «алюминиевых огурцах», таких в Верее только две, и обе у Акбара. Эта фигня весит под две тонны.

– Ладно, – почесал в затылке Зубр, расставаясь с мечтой о наживе, – куда дальше?

Выбравшись наверх, сталкеры попали в многоэтажное круглое подземное сооружение. Этажи шли кольцами, оборачиваясь вокруг центрального штока.

Увидев это, Виктор почувствовал, как в душу начал пробираться тонкий холодок тревоги. Этой башни-колодца он раньше не видел. Оглянулся на товарищей, но те как будто тревоги не выражали.

– Командир, впереди хрень какая-то, детектор фигню показывает, – озабоченно сообщил Зубр.

– Впереди не хрень! – отрешенно произнесла Наташа. – Впереди что-то страшное, но безопасное, для нас по крайней мере.