– Почему бы тебе не сделать это, Кэри Хейл! – огрызнулась я, подходя к нему, но он никак не отреагировал на меня. – Не знаю, что с тобой, но точно что-то не так.

– Тогда зачем я нужен тебе, - он с вызовом посмотрел на меня. Я открыла рот, чтобы сказать нечто оскорбительное, и мое молчание длилось долго, из-за чего, он вернулся к своим письменным принадлежностям.

– Видишь? Тебе нечего мне ответить, - с горечью констатировал он, - Это не может быть любовь. Ты влюбилась не в меня, ведь ты даже не знаешь, какой я. Ты ничего не знаешь обо мне. Ты влюбилась в мой образ, и в мою внешность.

– Ты что, дурак? – не выдержала я, хлопнув ладонью по столу.

– Да, Кэри, почему бы тебе уже не сдаться?

Мы с ним одновременно обернулись на голос позади нас. В дверном проеме стояла Серена, невозмутимо скрестив руки на груди.

– Как ты вошла? – опешила я. У меня по всему телу прошла дрожь, от одного надменного, угрожающего вида Серены. Она проигнорировала меня, обращаясь к Кэри Хейлу:

– Почему ты делаешь такое невозмутимое лицо Кэри, ведь ты уже давно влюблен в Скай, верно?

Я нахмурилась. Серена произнесла это двусмысленно. Я посмотрела на Кэри Хейла, но он смотрел не на меня, а на свою подругу. Серена тоже не отводила взгляда, и это противоборство продолжалось несколько минут, пока я не выдержала:

– Ладно. Оставлю вас одних. Тетя Энн и мои родители….

– Нет.

– Да.

«Да» сказал Кэри Хейл. Серена отлепилась от двери, и прошла в комнату, чувствуя себя как дома.

– Нет, Скай. Почему ты должна уходить, даже не получив ответа на свой вопрос, который ты задала? – Серена посмотрела на Кэри Хейла, улыбнувшись, в то время как он так же мрачно смотрел на нее. – Кэри, скажи, что именно ты подразумевал, когда признавался Скай и почему теперь, ты вдруг отступаешь?

Что все это вообще значит?

– Зачем ты это делаешь, Серена? – Кэри Хейл невозмутимо облокотился о стол, но я услышала в его голосе предупреждение. Он дал девушке шанс отступить, но она не отступила:

– Все дело в том, что я беспокоюсь о тебе. И твоя мать тоже волнуется.

Мое сердце пропустило удар от ее «я беспокоюсь о тебе», и «твоя мать» … то есть, Серена знакома с мамой Кэри Хейла? Я ощутила давящую обиду и ревность: черт возьми, Серена, похоже знает о нем все!

– Советую тебе не говорить сейчас о ней, - ледяным тоном предупредил Кэри, свою подругу, и у меня в голове сразу же всплыло: «Советую тебе думать прежде чем говоришь, Энджел».

Кем этот парень вообще возомнил себя – главнокомандующим войска?!

– Я иду вниз, – объявила я, громко топая, к двери. На выходе я добавила, обращаясь к Кэри: – И не забудь – если ты уедешь, так и не поговорив со мной... короче, только попробуй уехать, ясно?!

– Я сделаю то, что пожелаю нужным, – с арктическим холодом в голосе проинформировал меня Кэри Хейл, и я, проглотив ругательство, вышла из его комнаты, подумав: если ему так хочется уехать, пусть валит на все четыре стороны!

***

– Скай, ты где? – зло спросила мама в телефон.

– Я у Дженни, - солгала я.

– У какой Дженни? – скептически спросила мама в ответ. – Потому что я знаю только одну Дженни, и она только что пришла к Энн домой, чтобы отдать тебе конспект, который ты давала.

– Э-э… - замялась я. – Значит мы разминулись?..

– Скай! Не обманывай меня, – мама взбесилась, и я сделала глубокий вдох:

– У меня сейчас встреча с одним человеком, с которым я хочу поговорить.

– У тебя свидание? – мама конечно интерпретировала все иначе. Я закатила глаза:

– Нет, мам, это просто мой друг. Мы давно знакомы, и мне понадобилась срочно его помощь, поэтому я… приехала к нему в гости. Я потом позвоню, мам!

Я повесила трубку, и медленно задышала.

Так, я сделаю это. Просто зайду в эту больницу, и поговорю с Томом. И все. В этом нет ничего сложного. Это просто Том Гордон, я знаю его почти всю жизнь. Мы с ним учимся с младшей школы, и я даже знаю, как звали его мягкую игрушку, с которой он спал.

Я открыла дверь, и тут же закрыла.

Нет, я не могу сейчас выйти.

Сглатывая, и злясь на себя, за то, что я такая трусиха, я набрала номер Дженни.

– Эй, - зашипела она, сразу же ответив на звонок. – Ты почему не сказала о том, что тебя надо прикрыть? Теперь твоя мама прессует меня – заставляет рассказывать ОБО ВСЕМ, если ты понимаешь, о чем я; обо всем, что произошло пока ее не было. Мне уже не хватает фантазии изворачивается. Лиза была бы поражена моими актерскими способностями, и перестала бы говорить, что я бездарность.