Гарри как раз заканчивал изучения «Новейшей истории Хогвартса», когда раздался негромкий хлопок, и посередине комнаты появилась невысокий тучный волшебник лет сорока.

Не обращая внимания на обстановку, гость почтительно обратился к юному магу:

– Извините меня за столь неожиданный визит, лорд Поттер, но мы закончили собирать все необходимые документы, – на приплюснутом лице появилась лёгкая улыбка.

– Отбросим формальности, Томас. Где я должен расписаться?

– Вот здесь.

В руках у мага появился увесистый свиток.

– Стандартный договор, разумеется с учётом всех ваших дополнительных пожеланий.

– Я должен ознакомиться с ним, прежде чем подписывать.

– Разумеется, сэр.

Через полчаса, когда на свитке появилась подпись Гарри, они, наконец, смогли перейти к обсуждению деталей.

– Когда мы сможем приступить к операции?

– На сбор данных нам потребуется от двух до трёх месяцев.

– Хорошо. Но всё должно быть готово к Хэллоуину.

– Как пожелаете. Наша контора готова оказать любые юридические услуги, будь то подача заявления в суд или консультация.

– Я знаю, Томас. У вас безупречная репутация. И всё же ещё раз попрошу вас держать наши планы в секрете. Незачем раньше времени будоражить общественность.

Юрист молча поклонился и апарировал.

Гарри задумался, машинально поправляя несуществующие очки.

«Пора бы уже отвыкнуть от этой глупой привычки».

«Никак не привыкну к линзам».

Они помолчали. Неожиданно Гарри вновь ожил.

«Ты ему веришь?»

«Я никому не верю».

«Знаю. Постоянная бдительность - залог выживания. И всё же?»

«Этот парень лучшее, что мы смогли найти. Он ещё та змея, как и большинство его коллег, но у него есть своеобразный кодекс чести. Кроме того, мы произвели на него хорошее впечатление, предложив эту авантюру».

«Как думаешь, из нашего плана получится что-нибудь путное?»

«Спроси что полегче. Но я надеюсь, что мы сумеем хоть немного понизить градус истерии вокруг мальчика со шрамом».

«Да. Интересно, а что было бы, если бы тогда всё пошло иначе?»

«Ты о чём?»

«О нашей первой встрече».

«Скорее всего, тебя до сих пор избивал бы Дадли, а затем ты стал разменной монетой директора. И был бы счастлив, снова и снова идя на смерть ради интересов старого манипулятора».

«Наверное…»

«Кто знает, может так для тебя было бы даже лучше. Ничего не знать, просто жить и радоваться жизни».

«И потом бессмысленно умереть! Ну уж нет. Если я чему и научился, то это драться до конца».

Они вновь замолчали. Каждый думал о своём.

Перед глазами у юного мальчика в который раз проплыли события того судьбоносного дня.

Накануне его десятого дня рождения Гарри особенно сильно досталось от Дадли и его дружков. Он как раз заканчивал уборку в саду, когда на него налетел его драгоценный кузен.

После первого мощного удара мальчик отключился и не запомнил всего процесса избиения. Когда же он, наконец, пришёл в себя, на дворе уже была глубокая ночь.

Из последних сил Гарри дополз до своего чулана, где и провалился в блаженное забытие.

С той ночи всё и началось.

Следующее, что помнил мальчик, он стоит посреди бескрайней выжженной степи. Небо покрыто густыми чёрными облаками. Но больше всего его поразило отсутствие боли.

– Боишься? – раздался глубокий голос из кустарника. Он убаюкивал, обволакивал, заставлял верить каждому слову.

– Нет, – ответил мальчик.

– Почему?

– Это же просто сон.

В этот момент чахлая трава расступилась, и перед мальчиком появился его собеседник.

Гарри как будто пронзило током. Пред ним стояло само воплощение власти. Сила и уверенность буквально излучались им. При одном взгляде на этого человека хотелось одновременно вытянуться по стойке смирно и смиренно упасть ниц.

Но он не сделал ни того, ни другого. Мальчик только впился глазами в подошвы ботинок сиятельного господина.

– Боишься? – вновь повторил свой вопрос пришелец.

– Да, – дрожа всем телом, прошептал Гарри.

Неожиданно сильная рука схватила его подбородок и заставила посмотреть в глаза собеседника. Гарри поразила их холодность и пронзительность, но в глубине ему почудилось что-то ещё. Он так и не сумел разобрать, что это.

– Возьми.

В руке мальчика оказалось нечто холодное. Гарри покорно сжал кулак. И всё же он сумел выдавить.