Оторвавшись от арки, он обвёл руками платформу и торжественно произнёс.

– Добро пожаловать на платформу девять и три четверти. Прошу занять места согласно купленным билетам. Следующая остановка - Хогвартс.

========== Хогвартс-экспресс. ==========

Идя в купе, Гарри из последних сил старался сохранить на лице маску безразличия, но то и дело бросал на свою спутницу короткие взгляды.

Время от времени юный маг чувствовал, как на его губах помимо воли появлялась предательская улыбка.

Гарри злился, но ничего не мог с собой поделать. Ему решительно нравилась эта девочка. От нее так и веяло любознательностью, искренностью, предвкушением чуда. Она как будто светилась изнутри невидимым светом.

При этом она была достаточно сдержана и умна, чтобы, в отличие от сверстников, всю дорогу не пищать от восхищения. И даже смогла сдержать эмоции при виде Хогвартс-экспресса.

К тому же, как оказалось, Гермиона была прекрасным собеседником. За долгое время у юного мага появился человек, с которым он мог просто поговорить, не опасаясь быть порванным на сувениры. За что Гарри был ей безумно благодарен. Несмотря на все перепалки с наставником, мальчику всё равно не хватало живого общения.

Всё было бы просто прекрасно, если бы не постоянные шпильки со стороны наставника. Возникло чувство, что старый ворчун впал в детство и твёрдо решил испортить мальчику настроение.

«Эх, молодость, молодость. Как нынче быстро растут дети. Только вчера ты строил с ними планы по завоеванию мира, а сегодня они меняют тебя на смазливое личико».

«Сколько раз мне ещё повторить, что я не влюбился!»

«Врать старшим нехорошо. А себе уж тем более. Давай, пока поезд не отправился, сбегай в ближайший цветочный магазин. Пора начинать ухаживания, а то вдруг тебя опередит какой-нибудь заезжий ловелас. И ты потеряешь такое сокровище».

«Да не влюбился я!»

«Не влюбился, так не влюбился. Мне просто стало интересно, как будут выглядеть ваши дети».

«Я-НЕ-ВЛЮБИЛСЯ!!!»

И так без перерыва. К счастью, Гермиона с ушами зарылась в учебники и не замечала его внутреннего противостояния.

А тем временем на платформу прибывали всё новые люди. Глядя в окно, Гарри позволил себе презрительную улыбку, которая, впрочем, не осталась незамеченной.

– Что там такого смешного? – спросила она, стараясь показать всем видом, что недовольна его поведением.

Юный маг вновь рассмеялся. Вид воинственной девочки был поистине неподражаем. Картина маслом «Воинственный бурундучок».

Гермиона возмущённо надулась, вызвав у Гарри очередной приступ неконтролируемого смеха.

Отсмеявшись, он попытался вернуть себе серьёзный вид.

– Извини, Герми, но прежде чем осуждать, посмотри сама.

– Как ты меня назвал? – девочке показалась, что она ослышалась.

– Герми, а что, что-то не так? Не нравится?

– Нет, просто… – волшебница замялась. Не говорить же этому едва знакомому мальчику, что так её иногда называли только её родители.

Стараясь скрыть смущение, девочка последовала совету Гарри и обратила внимание на перрон.

А посмотреть действительно было на что.

Маги, провожающие своих детей, представляли занятное зрелище. Они умудрились надеть на себя костюмы не только из разных эпох, но и разных культурных групп. Например, один маг был одет в приличный смокинг. К сожалению для мага, смокинг ну никак не сочетался с надетым на голову тюрбаном и сандалиями.

И таких примеров было не счесть.

– Вот она хвалёная секретность. Во всей своей красе, – прокомментировал маг.

Это было и в самом деле забавно, однако Гермионе не понравилось несколько неуважительное отношение Гарри к старшим.

– Гарри, как ты можешь смеяться над взрослыми? Это неуважение.

– Мне не за что их уважать.

– Как ты можешь так говорить?

– Я буду уважать лишь тех, кого посчитаю достойным уважения. А что они сделали, чтобы заслужить его? Спасли мне жизнь? Заботились обо мне? Помогли в трудную минуту? Нет. Поэтому не говори мне, что я кому там что-то должен. Все свои долги я давно отдал и даже с процентами. Теперь я живу так, как сам посчитаю нужным.

– А как же твои родители…

– Мои родители мертвы, – тихо произнес Гарри.

– Прости, я не хотела тебя обидеть, – она виновато опустила глаза.

– Не страшно, ты же не знала, – его мягкий голос внушал надежду, что Гарри не станет на нее обижаться. Почему-то ей совершенно не хотелось терять доверие мальчика.

Неловкую паузу, повисшую в вагоне, развеяла открывшаяся дверь. На пороге появился черноволосый круглолицый мальчик, несущий в руке толстую жабу.

– М-можно? – в его голосе явно слышались обречённые нотки.