Как ни пыталась Гермиона заставить выехать своих родителей пораньше, но на вокзал Кинг-Кросс они прибыли всего за час до отправки.

На этом её удача закончилась. Распрощавшись с родителями, Гермиона, медленно толкая перед собой наполненную до краёв тележку с книгами, начала искать нужную платформу.

И не смогла её найти. Умом девочка понимала, что это, скорее всего, простой тест, но в душе у неё начала разрастаться паника.

Ей было даже страшно подумать, что она может не попасть на поезд и навсегда потерять единственную ниточку, связывавшую её с миром магии.

Поглощённая своими переживаниями, Гермиона не заметила, как перед её тележкой появился этот мальчик, а когда заметила, было уже поздно.

Тележку повело, мальчик покатился по полу, а сверху на него обрушился звездопад из книг. Но он не растерялся.

Гермиона заметила, как он в последний миг невероятным прыжком сумел уйти с траектории бомбардировки. Не дожидаясь завершения книгопада, мальчик стремительно развернулся и застыл, внимательно разглядывая её.

Гермиона ответила ему тем же. Перед ней стоял её ровесник с растрёпанными чёрными волосами и пронзительными зелёными глазами.

Попытавшись сгладить возникшую неловкость, юная волшебница начала оправдаться.

– Извини, я не нарочно. Просто немного не вписалась в поворот. И, кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер.

Мальчик пристально смотрел на неё ещё несколько секунд, будто над чем-то раздумывая, а потом ответил.

– Гарри.

– Гарри?

– Просто Гарри. Давай обойдёмся без всех этих формальностей.

Девочка поёжилась. С каждой секундой этот мальчик вызывал у неё всё большее беспокойство.

А тем временем «просто Гарри» начал сноровисто собирать рассыпанные книги. Девочка встревожилась.

Перед тем, как покинуть семью Грейнджер, профессор МакГонагалл неоднократно напоминала девочке, что ей надо держать существование магического мира втайне от маглов.

И вот сейчас какой-то мальчишка нагло лазает по её учебникам. Но, похоже, странные книги не вызвали у Гарри никакого любопытства.

Единственной не убранной в тележку книгой остался учебник по зельеварению. Мальчик взял его в руки и начал неторопливо листать.

Гермиона напряглась. Но тут Гарри её вновь ошарашил:

– Маглорожденая, – скорее констатировал факт, чем задал вопрос Гарри.

– Что? – Гермионе показалось, что она ослышалась.

– Потрёпанный вид, потерянный взгляд, беспорядочно бегаешь по вокзалу. Обычно так себя ведут первокурсники из семей маглов, не зная, как попасть на Хогвартс-экспресс, – любезно объяснил ход своих мыслей Гарри.

– Значит, ты тоже волшебник? – изумилась девочка.

– А что, непохож? Ну, извини. Посоха и бороды у меня нет.

– Нет. Что ты… Просто, у тебя нет с собой вещей, и я подумала… – совсем запуталась юная ведьма и начала покрываться предательским румянцем.

– Не беспокойся. Всё своё ношу с собой, – сказал маг, похлопывая по кейсу.

— И как же туда поместились все вещи, – она подумала, что мальчишка издевается над ней, и придала голосу должную степень ехидства.

– Магия, - простодушно произнес Гарри, – теперь давай пойдём на поезд, незачем и дальше привлекать к себе нежелательное внимание.

И, не дожидаясь её реакции, направился дальше. Гермионе ничего не осталось, как последовать за ним.

Пока они шли, Гарри провёл краткий инструктаж.

– Все, что тебе надо сделать, чтобы попасть на платформу - это пойти прямо через разделительный барьер между платформами девять и десять. Жду тебя на той стороне.

Как ни в чем не бывало шагнул в кирпичную стену. Гермиона растерянно замерла, не зная, что делать. Она не чувствовала в себе силы пройти прямо сквозь кирпичную кладку.

В этот момент из стены показалась рука. Ухватив за плечо, Гарри с силой дёрнул девочку на себя.

Не было ни вспышек света, ни темноты, просто Гермиона неожиданно поняла, что находится на полупустой платформе, у которой стоял паровоз алого цвета. Надпись на табло гласила: «Хогвартс-экспресс. 11.00».

Обернувшись назад, юная волшебница увидела, что билетная касса исчезла, а на ее месте находится арка с коваными железными воротами и табличкой: «Платформа номер девять и три четверти». На нее с самодовольной ухмылкой на лице облокотился мальчик.