Как бы мы не выражали свое собственное «Я» в той самой среде, где проживаем, оно не будет символизировано активно до той поры, пока, как говорится, не заявит о себе самостоятельно.

Относительно то же касается и природы, которая в активе своего исполнения имеет такого же характера единицу, выражающую реально какую-то символизированную временем силу и величину прямого восприятия всем окружающим, в данном случае, нами или тем же животным миром.

Всякая наглядность обеспечивает ей некоторое преклонение перед ней всех иных сил и своеобразное сопутствие тому, что она на какой-то момент времени задумала.

Сейчас я говорю об этом абсолютно серьезно безо всякой доли мистицизма или какой-то степени аллегории.

Природа - это, прежде всего процессы, а они основаны на сверхизотопическом присутствии элементарно движущихся частиц в поле явного однородного сближения.

Это, так сказать, геомолекулярная основа природы.

Ее метафизическая величина будет заключаться в следующем.

Природа – есть повседневно выраженная величина всякой присутственности энергочастиц, представляющих собой строгую изотопического характера совместимость и не таковую на базе существующих разнородностей полей сложений общего энергетического баланса тепла.

Это есть простое объяснение присутствия среды, в основе своей продуктивного жизненного содержания.

Сама же природа космоса или ее определение имеет иное выражение и уже не согласуется с предыдущим, так как сам космос не предполагает жизнь в ее натурально выраженную величину.

Космос – есть жизнь законсервированных природно элементарных частиц.

Это самое краткое определение, которое в целом дает какое-то понятие нами не видимой среды, практически не располагающей вообще вариантами какой-либо линии натуральной жизни.

В некоторой степени соглашусь, что все эти понятия являются не совсем достоверными в плане их научно точного обоснования, но вполне приемлемы к более свободному восприятию подобного рода материала и самих законов выражения среды.

В более ранних произведениях имеются иные формулировки выше описанного и в случае заинтересованности с ними вполне можно ознакомиться.

Но перейдем непосредственно к делу, так называемого, природного исполнения и наконец, определим достоверность какого-либо опознания готовящегося для нас всех бедствия.

Самым характерным признаком готовящегося волнения среды является всяческая гиперволновая присутственность.

Это нарушение взаимодействия систем связи вполне земных или радиорылейных радиочастот. Возникновение шумового актива присутственности среды, то есть, когда в том же эфире появляются шумовые оттенки какого-либо характера.

Появление в среде, так обозначенного, экранного сопротивления, что значит, уменьшение значения посылаемого телесигнала, и оттеснение значения магнитопоточного колебания сейсмодинамики земного ядра.

То есть, многоимпульсовая активность как бы снижает свой ход или затухает на время и принимает вид практически ровного, периодически вздрагиваемого сигнала. Что применительно сравнимо с пульсовым сигналом сердечного ритма.

Эти четыре основных признака готовящегося бедствия нужно знать всем наизусть, и наиболее операторам разной связи, владельцам или представителям телеканалов, наблюдателям сейсмологических станций и даже обычным врачам, если в показаниях их приборов происходит нечто неординарное или мало понятное, которое можно вполне списать на аппаратный сбой.

Все это технические видимые признаки, которые, как говорится, пока мало доступны самому населению, за исключением каких-то подручных приспособлений, определяющих обычную шумовитость среды.

Между тем активность самой среды или ее продолжительного характера присутствующая, так обозначенная, сердечная активность в лице ядра планеты практически отличается от ритмичности в пульсации весьма подобного человеческого органа и зачастую в обычном положении выдает многоритмичную положительного характера магнитограмму.

То есть, это обычное состояние движения ядра Земли или ее привычная для всех нас активность. Она имеет вид многоцелевой функции с постоянно растущими гармониками роста и их временными затуханиями с периодичностью до одной минуты практического земного времени.

Фактически – это живой ритм нашей планеты, который несколько отличается от других и самоизменяется в зависимости от наполнения среды каким-либо новым веществом.

Таким образом, по, так называемой, или мною обозначенной, шумовой кардиограмме сердечного ритма Земли, или ее ядра, вполне можно определить готовящееся действие и исчислить точно район какого-то природного взаимодействия в соответствии с представленными, так называемыми, полевыми координатами. Естественно, что для такого определения необходима система всеобщего единого наблюдения и согласованность всех систем слежения за поведением природной активности ядра.