Нет ни у кого такого права отбирать ее прижизненно и передавать или, еще хуже, перепродавать другому. То есть самый смертный грех на Земле и об этом следует помнить всем тем, кто им занимается или распространяется тем же по всей планете.

Земля обетована нами всеми, но на ней есть участки, строго выделенные самой природой и обозначенные самими людьми, что ее в свою очередь полюбили и отложили в душе.

А это и есть наиболее главное, что может поспособствовать, так называемому, единению природы и того человека, что только готовится взойти в нашем общем числе.

Я не занимаюсь благотворительностью и не черпаю средства из каких-то там фондов, а выражаю лишь то, что думаю непосредственно сам, а не кто-то другой, как говорится, за моей спиной. В этом есть разница и поверьте, очень большая.

За мной сама правда. Правда Земли и правда от Бога. Та, которая во многом не услышана вами, но совсем уже скоро будет запечатлена.

Можно многое потерять в этой жизни, можно многое в ней же приобрести. Но обрести право на жизнь могут действительно только достойные, кто наблюдает в ней истинный смысл живого творения, а не просто использует время для чего-то творящегося как изнутри, так и вне себя.

Я не символизирую настоящее и не этапирую в него прошлое. Я просто строю будущее, которого по сути своей нет на Земле, ибо вся она утопла в какой-то грязи, в большей степени по вине одних и тех же людей.

И нужно почистить ее от того и высвободиться от оков нашей памяти, которая почему-то внушает каждому, что его долг – этот всего лишь подчинение кому-то, более сильному или изобличенному самой властью.

Так. Это есть на Земле. Но должно быть или стать не на столько видимо образуемо, чтобы из человека лепить пустоту, как его повседневной жизни, так и в целом обычного воображения.

Богу не нужны игрушки времени, и он всему тому воспрепятствует уже совсем скоро. Познакомимся с тем же и мы сами. Каждый по отдельности. Ибо не творится сей общий молебен, если дело касаемо только какой-то конкретной души.

Как человек среды и именно той, где все проживаем совместно, я выступаю против какого-то совместно проходящего очищения или чего-то подобного, уже давно погрязшего в своих собственных грехах и покрывшегося славой какой-то повседневной преступности.

Только сам человек в его истинную простоту души способен самостоятельно покаяться и предстать перед Богом именно с тем, что заработал при своей жизни. Но не материально, а, естественно, душевно.

Успех каждого заложен именно в этом, и сами души покаявшихся знают обо всем не с чужих слов.

Наблюдая как бы со стороны за всеми теми процессами, что происходят в сообществе, нельзя не усмотреть во всем какой-то очевидной закономерности.

Чем менее полезен какой-либо человек обществу, тем более высокое место он занимает в нем самом и, как говорится, руководит.

Это уже стало практически истиной, и оно же отобразило время в самом уродливом варианте его исполнения, в отношении применяемого труда и его законного вознаграждения.

Это прямая декларация в никуда и верх заложенного самой природой невежества.

Человек труда не должен располагаться, где бы то ни было. Он должен занимать те позиции, которые соответствуют самому труду и коэффициенту, так называемой, полезности.

Его владения души должны непременно распространяться повсюду, по всей обширно занимаемой территории, что принадлежит в целом государству, пользующегося его непосредственным трудом или хотя бы условно подтверждающего его же, учитывая факт, так называемого, обеспечивающего труда.

Сия закономерность должна быть развита до предела и претворена в настоящую силу закона. Которого пока нет, к сожалению, и даже не предвидится в будущем, ибо развитие страны прямо устремляется к противоположному.

Мы не рабы, рабы – не мы. Так когда-то, уже давным-давно кричали лозунги на плакатах в той стране, что победила капитализм.

Но она возвратилась к тому же, продемонстрировав всему миру свою собственную несостоятельность и прожженную диктатуру сверхмуниципальной власти.

Так, что это было?

Парадоксы судьбы или простое ограничение ума? Скорее, второе, ибо первое подразумевает нечто иное, не попадающее в ракурс самого размышления.

Можно ли довольствоваться тем же сейчас? Можно ли ускоряться далее, при этом довольствуясь тем самым средневековым состоянием уровня ума, что просто достался от предков, так и не развившись до необходимой во времени величины?

Долго ли мы так все просуществуем?

Ответ однозначен. Нет. Довольствоваться старым нельзя и нужно обретать свое собственное сознание, хотя бы в эквиваленте строго выраженного собственного «Я».