Бэрин и несколько молодых людей и девушек уже ожидали во дворе. Он окинул одобрительным взглядом мою одежду и поднял брови, увидев рукоять ножа за голенищем.

— Зачем? Видит Отец-Волк, нас достаточно, чтобы защитить вас! — Смеясь, он прикоснулся к своему мечу. Почти не почувствовав его рук, я очутилась в седле, неловко пристраивая ногу. Перехватила взгляд Бэрина — без привычной жалости или брезгливости.

Мы поехали замыкающими, предоставив спутникам самим выбирать дорогу.

— Вы не ответили, — напомнил Бэрин вроде бы шутливым тоном, но карие глаза его были серьезны. — Кого вы опасаетесь? Нас?

— Что касается ножа, — я привычно выхватила клинок, протянула на раскрытой ладони, — им владеют в нашей семье все от мала до велика…

Бэрин взвесил нож на ладони с уважением истинного знатока.

— И вы тоже?

— Да. Привыкла всегда иметь его под рукой.

— И снова вы не ответили. Вы ведь боитесь нас? Мне кажется, вы боитесь даже сильнее самих девушек, — продолжал Бэрин. — Невесты — слишком большая ценность для нас. Мы будем беречь их… те, кому они достанутся.

— Почему же вы сейчас не с ними?

Бэрин помолчал, рассеянно глядя на всадников впереди.

— Вы любите свою сестру, леди Инта. А я забочусь о своем брате.

— Думаю, он будет очень доволен, если вы женитесь.

— Этого мало. — Бэрин мотнул головой, скидывая капюшон. — Мне этого мало… Хотите, научу вас управляться с нашими лошадьми? Совсем немного терпения — и вы обскачете всех!

Мы столкнулись в тесном коридоре. Засмеявшись от неожиданности, я подняла взгляд — и смех замерз у меня на губах. Поддерживая мой локоть, лорд Фэрлин медленно оглядывал меня с головы до ног. В высокомерных глазах светилось удивление.

— Леди Инта? — словно проверяя себя, спросил он. — Я так давно не видел вас, что едва узнал. Эта одежда… Вы совсем не отличаетесь от наших женщин.

— Не имела ни малейшего на то желания. Просто так удобнее ездить верхом.

— Ах да, верхом… — словно вспомнил лорд Фэрлин. — Бэрин говорит, вы делаете успехи. Не мешало бы и мне испытать вас.

— Боюсь, я не выдержу этого испытания, — сухо сказала я, слегка двинув рукой; он и не подумал разжать пальцы. — Вы не умеете быть снисходительным, лорд Фэрлин.

— Ледяная леди, — сказал он с насмешкой. — Вы понятия не имеете, каким я могу быть. Я и сам иногда этого не знаю. И мне казалось, вас устраивает жизнь, которую вы здесь ведете. Я не стесняю вашей свободы и не докучаю своим присутствием. Что сделать еще, чтобы вызвать ваше расположение? Я не умею быть приятным, как Бэрин. Я не красив, как Маккен. Не весел, как Ханон. Я — такой, какой я есть.

Он пристыдил меня. Действительно, его забота о девушках была неподдельной. Он старался, как мог, хоть и не собирался менять свой характер. Да это и ни к чему — он всегда останется для нас лордом Фэрлином, на которого мы взираем с трепетом и суеверным страхом. Не могла я его винить и в том, что он всегда так подчеркивает мою неполноценность. Есть люди, которые терпеть не могут любую слабость, — и если я не могла его за это любить, то не должна и ненавидеть…

Я подняла взгляд — и слова извинения замерли на моих губах. Лорд наблюдал за мной. Он заставил меня устыдиться и забавлялся этим. Пускай он добр с девушками, но меня он явно избрал объектом для своих насмешек…

Пальцы стиснули мой локоть так, что я вскрикнула от боли. Хозяин вежливо поклонился:

— До завтра, леди Инта.

Назавтра я вновь почувствовала себя неуклюжей, не сразу смогла попасть носком сапога в стремя. Поездка не обещала быть приятной.

И все потому, что сам Лорд-Оборотень изъявил желание принять в ней участие.

Остальные, как обычно, вырвались вперед. Братья время от времени перебрасывались фразами, но большей частью молчали. Я пыталась отстать, но тогда они натягивали поводья, и я вновь занимала свое место посередине. Лорд Фэрлин едва ли удостоил меня хоть одним взглядом или словом. Зачем он вообще отправился с нами?

Чтобы не смотреть на него, я упорно не сводила глаз с того берега реки Обсидиан. Он был неотличим от этого — тот же снег, те же деревья, те же горы, вот только жили там…

— Не по себе?

Лорд Фэрлин ехал рядом, глядя поверх моей головы и улыбаясь своей затаенной улыбкой.

— Отчего бы это? — отозвалась я как можно беспечней. Он снова хочет добиться признания, что его общество наводит на меня ужас?

— От близости колдовской страны?

— Вы-то, конечно, не боитесь? Ведь у вас много общего с ее жителями!

— Несомненно, — спокойно согласился он. — Но моя родина здесь.

— Это говорит ваш разум, но не ваша кровь!

— Однако мы все-таки роднимся с вами, людьми, а не с ними, — лорд небрежно махнул рукой в перчатке в сторону реки-границы.