Я думала об этом и решила, что если я смогла справиться с кровососами в движущемся поезде, то, вероятно, смогла бы справиться с копами. По крайней мере, я смогла уйти, а это было достаточно хорошо.

Когда вы бежите с оборотнями, человек может даже не надеяться на то, чтобы поймать вас.

Однако лучше оставаться невидимой. Если бы копы разговаривали по рации и кто-либо слушал их болтовню, то можно было бы уловить исходящий от меня ветер. Прямо сейчас я не могла себе позволить это; я не могла позволить кому-то узнать, где я, до тех пор, пока сама этого не захочу. Поэтому я шла и пыталась оставаться вне поля зрения насколько это было возможно. Это было удивительно легко, учитывая то, что трансформация покалывала каждый раз, когда кто-то смотрел на меня, и инстинкт двигался под моей кожей, говоря мне ясными радиовзрывами, когда двигаться, а когда остановиться и подождать.

Я прошла целый путь к своей первой остановке. Я едва заметила пейзаж, потому что гнев внутри меня заставил сумеречную массу пахнуть как... ну, скажем так, проблема держать рот на замке никогда не была такой простой или сложной одновременно.

Ночь полностью наступила к тому времени, как я повернула за угол Бруклина и внезапно увидела знакомые) уличные, кирпичные, жилые дома, которые шли вниз по улице, черные мусорные мешки были свалены вдоль тротуаров. Выглядело точно так же, как годы назад, миг ностальгии подполз к горлу, на несколько секунд вытесняя гнев.

Небольшой винный погреб на углу выглядел по-старому. Красные и желтые пачки жевательной резинки и пачки сигарет аккуратно сложены, теснясь вокруг мужчины с блестящей лысиной и красной клетчатой рубашкой, вместо седовласой женщины со странным дыханием, которая всегда стояла у окна, когда я была здесь с Огги. Пиццерия, в которую я недавно ходила с Нэт и оборотнями, тоже находилась недалеко отсюда. Было приятно обнаружить, что мой навигатор все еще силен.

Я нырнула за переулок, глубоко вдохнула и уставилась на чистые кирпичные стены. Мусор валялся по углам, мусорные баки переполнены, вонь почти задушила меня, прежде чем я запрятала ее. Что было легко сделать, учитывая то, что трансформация была близка к поверхности.

Пожарная лестница не была никакой проблемой, и мне даже удалось тихо залезть на нее. Все жилое здание напевало о том, что оно населено — все вернулись домой с работы и спят или делаю то, что люди могут делать ночью в квартире. Я достигла крыши и спрыгнула, ориентируясь даже раньше, чем кроссовки ударились о странную, песчаную поверхность.

Прохладный, весенний бриз скользил по крыше, другие здания сгруппировались так, что ветер отскакивал от них в разных направлениях. Он поднял прядь моих волос, бросая ее на щеку, и я уловила исчезающий, сжигающий поток знакомого аромата. Дар снова проснулся внутри головы, появился внезапно яркий мысленный образ Огаста, скользящего по этой же крыше, его желтые волосы зачесаны назад, жакет расстегнут, виден пистолет в кобуре. Передвигался он слишком быстро и уверенно, чтобы быть кем-то, кроме дампира.

Я тихо ступала по крыше, пока не достигла странного, трехстороннего промежутка между зданиями. Окна кухни Огги выходили только на пустой кирпич в этом треугольнике забытого городского пространства, он заставлял меня смотреть в окно так, что я могла бы увидеть опоры для рук и ног. Было смехотворно легко спуститься вниз, и с помощью отмычки я открыла окно — просто знала, куда надо нажать.

О, ужас! Огги, фу! Что-то воняло. Как гниющая еда и что-то еще. Я почти повисла в окне, было трудно пролезать с двумя рукоятками малаек на корточках, но потом я скользнула внутрь и спрыгнула со стола.

Его кухня находилась в безобразном беспорядке. Я и раньше видела разрушения вампиров, но каждый раз это... невероятно. Двери шкафа были вырваны, холодильник взорван, как будто туда положили динамит, и запах гниения исходил отсюда и из мусорного мешка, который был перевернут вверх ногами. Посуда была вся разбита.

Господи! Я сморщила нос, выглянула в гостиную. Его плазменный телевизор был сломан ко всем чертям, диван измельчен, но стена с парадной дверью осталась на удивление нетронутой. Они вошли через окно? Его атаковали после того, как я позвонила ему из Дакоты? Он не сказал ни слова о том, что его квартира была разрушена.

Тайник находился в спальной комнате, которая не была сильно повреждена. Узкую, односпальную кровать, на которой я спала, разорвали, старинный комод сломали на кусочки, одежду разорвали, двери шкафа уменьшили до размера спичек. К счастью, я смогла отодвинуть в сторону одну из сломанных дверей и достала оттуда знакомые клетчатые рубашки Огги, нашла потрепанный ковер. Я надавила справа; послышался щелчок и квадрат пола, накрытый ковром, приподнялся.

Спасибо, Господи, ничего не выстрелило!

Боеприпасы с серебряными пулями и запасное ружье — пригодная к эксплуатации 9-миллиметровка, основной вопрос арсенала Школы.

Это давало пищу для размышления, но ружье было механическим, и я взяла его.

Я взяла его и кобуру с креплением, опустошила сумку, полную наличных денег и переложила их в свою сумку для чрезвычайных ситуаций — брезентовый экземпляр, в который мне удалось вшить второе дно между тренировками в последние несколько недель. Большая часть наличных попала туда, но несколько рулонов я разложила по карманам и в верхнюю часть сумки, пальцы двигались с привычной легкостью.