– "Блин, красный отпечаток останется..."

Она чуть сдвинулась, сбрасывая со своей плоти руку мужчины, пальцы руки сползли с ягодиц в пространство между ног, и начали опытно тереть чувствительные точки в промежности девушки.

– Ты же не спишь, хватит притворяться!

Сигурд хитро приоткрыл один глаз, и она ощутила, как один палец проник во влажный канал.

– Тебе всегда мало...

Девушка приникла к груди мужчины, соблазнительно притираясь к его груди своей грудью.

– Я тебе кое-что хочу сказать...

– Говори, - император подвинул девушку повыше, ловя жадным ртом нежный сосок.

– Заговорщики. Я боюсь за себя, за наших будущих детей...

– Не бойся, они не опасны, - император в такие моменты не любил думать о подобных вещах, но как правило именно сказанное в такой ситуации запоминалась и отпечатывалось в его памяти надолго.

– Объяви награду за их головы... люди любят деньги... но мне кажется, что заговор тлеет промеж твоих верных людей.... проверь тинг Снежных Волков...

– Я проверю...

Если бы Амелия могла сейчас видеть глаза императора, она бы испугалась блеска его сузившихся глаз.

– Я тебе верю.

Всего несколькими словами младшая жена императора смогла добиться эффекта, к которому стремились начальник императорской тайной стражи и его советник на протяжении нескольких недель. Если император и любил что-то кроме познания прелестей молодой жены, то это была рубка непокорных голов гордых тарков.

Дайна Фарландская. Териум

– Ай...

Невысокая стройная девушка обиженно потирала свое плечо, это всегда неприятно столкнуться с кем-то в замкнутом пространстве. Винтовая лестница академии была как раз подобным неудобным местом.

– Простите, вы не сильно ударились?

Участливый тревожный голос молодого студента отдавал приятным женскому слуху баритоном. Она быстро стрельнула взглядом, чтобы составить свое впечатление. Студент оказался высоким симпатичным парнем, лет двадцати пяти, с развитой красивой фигурой и непослушными длинными золотистыми волосами.

– "Херувим какой-то..."

– Не извиняйтесь, это я сама виновата... я спешу в зал ритуала проверки...

– Поступаете в академию?

Юноша внимательно изучал невысокую девушку. В ней было сто шестьдесят сантиметров росту, но для своего роста она была великолепно и пропорционально сложена.

– "Не будь она так красива и нежна лицом и так тонка в плечах решил бы что она гномка..."

Темноволосая и сероглазая девушка, с надменным выражением лица, в ней была какая-то изюминка. Взгляд парня прошелся по плавным изгибам ее тела.

– "Она божественна... какое тело..."

Тело действительно напоминало собой статуи богинь из храма всех богов. Большая и полная грудь, тонкая талия, длинные и красивые ноги, красоту которых не скрывали даже кожаные штаны. И бедра...

– "Какая попка...", - юноша был ценителем всего прекрасного, можно даже допустить, что он был тонким знатоком прекрасного и прежде всего прекрасных женщин.

– Так и будем стоять, и рассматривать друг друга, - осведомилась девушка, пронзительно вопрошая красивыми большими глазами.

– "Какая... прелесть..."

– Я вас провожу, это недалеко.

Он пропустил девушку вперед, неопределенно махнув рукой в сторону нужного коридора. Идти за ней и наблюдать ее походку, это было сродни созерцанию самого прекрасного действа.

– А вы очень страстны, не так ли? На мне скоро штаны задымятся...

Девушка остановилась перед перекрестком, не зная, куда именно нужно свернуть и бросила на него странный сочувствующий взгляд.

– Нам направо.

Она повернула туда, куда он указал, следуя все той же неторопливой и чувственной дразнящей походкой.

– Меня зовут Гиллиам, если коротко, то просто Гилл, - он прокручивал в сознании десятки вариантов для продолжения разговора, но не смог вымолвить больше ни одного слова, слова странно застывали в горле.

– А ты скромняшка Гилл, это так... необычно, - девушка остановилась перед дверью зала проверки, и повернулась к нему лицом.

Случаются в жизни моменты, божественные отрезки времени, когда хочется чтобы они никогда не заканчивались, именно такое мгновение сейчас охватило в этом пустом коридоре двух незнакомых людей. Девушка вдруг улыбнулась, и в следующие несколько вздохов он ощущал, как на его шее висит нечто легкое и приятное, а губы горят от прикосновения чужих нежных губ.