— Во-первых, это внедорожник. Во-вторых, я не вожу, его водит моя жена, придурок. Послушай, что ты делаешь сегодня вечером? Я еще не уехал из офиса. Может по пиву?

— Я бы с радостью, но я до сих пор... где-то на севере. Долгая история, дождь испортил дорогу домой. Я застрял в какой-то гостинице до завтра, надеюсь, они откроют этот чертов мост. И какого лешего ты до сих пор на работе? Нужен новый слой бежевой краски на заборе? — наступила моя очередь подкалывать его.

— Ты смешной, смешной чувак, Броди Мерфи, но нет. Кому-то нужно следить за твоими контрактами и разгребать твои проблемы. Попытайся не сжечь гостиницу, в которой ты остановился.

— Есть, Босс. Поговорим позже.

Я повесил трубку, и посмотрела на Дизеля:

— Готов поесть, дружище?

После ужина, пока я убирала кухню, мама занялась девочками. Все гости, кроме Эшли, впали в «пищевую кому» и отправились отдыхать по своим комнатам. Эшли сидела на диване с Фредом, который смотрел новости. Она откровенно скучала, разглядывая свои искусственные ногти, и зевала. Уверена, она ждала Броди, который принимал душ.

— Как я выгляжу? — от одной невинной фразы хриплым, низким голосом Броди у меня побежали мурашки.

Эшли оживилась, и перестала мусолить свои волосы. Она действительно была очень милой, и это меня дико бесило. «Она бы отлично смотрелась рядом с Броди», — подумала я про себя и грустно выдохнула.

— Не плохо, совсем не плохо, — ответил Фред, пробежался рукой по своим седым волосам и поднялся с дивана. — Ну ладно, детишки, я пойду спать. Завтра ранний подъем. Надо проверить, не затопило ли нас.

Он вышел через заднюю дверь и направился к себе в комнату. Я была у него несколько раз. У него в комнате пахло сигарами, и было много коллекционных револьверов. Комната под стать Фреду. Мне нравилось зависать с ним.

— Хочешь посмотрим кино, когда она закончит? — громкой прошептала Эшли, обращаясь к Броди.

Очень неприятно ощущать себя помехой в собственном доме, так что я быстрее начала очищать посуду и загружать ее в посудомоечную машину. Мне не хотелось наблюдать, как двое голубков сидят на диване и смотрят телевизор.

— Не знаю, я очень устал, — Броди вежливо улыбнулся ей.

Я взглянула на нее и заметила, как она надулась. Кто-то должен сказать, как непривлекательно она выглядит, когда делает так.

— Ну... давай же! Я вообще не хочу спать, — заныла она, как ребенок.

— Извини, Эшли. Думаю, моя девушка не обрадуется, если узнает, что я провел вечер на диване с незнакомкой, — он похлопал ее по плечу и отошел к своему рюкзаку.

Девушка? У него есть девушка? Облом.

Не то, чтобы я была сильно удивлена. Он казался очаровательным и обаятельным, с самой обворожительной улыбкой, которую я только видела, не говоря уже о том, какой он сексуальный. Он сразу привлек меня, так же, как и других.

— Мам, ты почитаешь нам сказку на ночь? — Люси зашла на кухню и вернула меня на землю. На ней была ее любимая пижама с клубничными тортиками, а в руках огромная книга.

— Я хочу «Pinkalicious» [3] , — умоляла Пайпер, идя следом за ней.

— Конечно, мне только нужно закончить с уборкой, — ответила я, заметив огромную кастрюлю чили.

— Нет! Я хочу «Если ты дашь лосю кекс» [4] , — заныла Люси.

Пайпер сжала свои ладошки в кулачки и приготовилась к ссоре, но я остановила ее.

— Ладно, закончу позже. Что если мы почитаем обе? — я кинула губку в раковину и повернулась к девочкам, в надежде остановить надвигающуюся перед Эшли и Броди ссору.

Я слышала, как усмехнулась Эшли, и еле удержалась от того, чтобы швырнуть в нее книгу Пайпер.

— Ура! — Люси и Пайпер радостно завизжали и побежали в свою комнату.

Через час я проснулась в кровати с девочками по обоим бокам от меня. Их любимая книга «Pinkalicious» лежала на моей груди. Они так сладко спали, мне очень хотелось забраться под одеяло и остаться спать с ними. Я вспомнила беспорядок, который оставила на кухне, и заставила себя встать с кровати.

Я прошла по коридору, ведущему на кухню, и замерла. Не только посудомоечная машинка была включена, но и все столы были вымыты, остатки убраны. Букет от Алексы стоял в центре кухонного островка. Я оглянулась и единственного, кого заметила, был Броди, смотрящий «Спорт-центр».