Сходка была назначена на три часа ночи, чтобы исключить случайно забредшего проверяющего в изолятор начальника, и временные обитатели ШИЗО будут досматривать седьмой сон.

Прапорщики открыли сначала одну камеру и чтобы не гремели по полу сапогами, заставили задержанных разуться до носок. Затем освободили еще две камеры, и проводили всех до рабочки. Дрон сосчитал: вместе с ним двадцать человек. Из каптерки принесли несколько матрацев, и заложили дверь изнутри, чтобы в коридоре не так слышались голоса.

Сашка первый раз в жизни испытывал чувство сплоченности. Хотя на воле тоже были случаи, когда в многочисленной компании друзей и знакомых ему приходилось испытывать близость локтя.

... До того, как все пацаны двинулись на сходку, находясь в одной камере, Воробьев и Рыжков решили выяснить свои отношения. Они оба прекрасно понимали, что дальше им придется тянуть одну лямку в отряде. Внезапная смерть Равиля отрезвила всех, каждый знал - это предупреждение, не посвященные не могли знать, кто и как отправил Равелинского на тот свет, но многие понимали, что причина лежала в его предательстве. Никто не заставлял его подписывать соглашение на сотрудничество с оперчастью. Даже обыкновенные мужики считают ниже своего достоинства стучать на кого-либо, а Равиль был в первых рядах блатных не только в отряде, но и в зоне. Можно представить, сколько информации он передал оперу Ефремову за время сотрудничества с ним. В уме не укладывается. Страшно! А ведь он действительно был осведомлен обо всех зоновских событиях.

Благодаря таким, как Дрон, придерживающихся старых воровских традиций, и хранится зоновский общак. Ни один отрядный пахан не вправе запустить руку в святая - святых, там свои законы и своя жесткая охрана.

Единицы знали, что Ефремова с подачи Дрона, хоть и ненадолго, но отправили подальше от предстоящих событий, и тем самым расширилось поле деятельности для лагерных авторитетов.

Пархатый, чувствуя за собой кое-какие грешки, ломал голову: что дальше предпримет вор? "Ведь Равиль со мной был в хороших отношениях, и до поры до времени в отряде нам приходилось управлять обоим. Не попадет ли рикошетом в меня?".

Его мысли прервал Воробьев:

– Слушай, Жека, а ты не помнишь меня?

– А чё тебя забывать, ты каждый день перед глазами маячишь.

– Да я не о зоне. По свободе меня не помнишь?

– Мы?! Встречались на воле?!
– удивился Пархатый.

– А- то! И не разок, а целых два,- иронизировал Сашка.

Жека подумал: "Мы же земляки. А что, может и в правду Воробей меня где видел?".

– Да говори, не томи,- Пархатому не терпелось узнать тайну Сашки.

Воробьев засучил правый рукав куртки и Рыжков заметил шрам на его руке.

– Вспомни: четыре с лишним года назад, ДК "Железнодорожников", как у тебя с одним пацаном драка произошла и ты, отбиваясь, порезал ему ножом руку и ногу.

У Пархатого от удивления брови поползли на лоб. Он даже на миг забыл, что сидит в камере. Что - то перебрав у себя в уме, он воскликнул:

– Так это был ты?!

Он так громко спросил, что все присутствовавшие в камере повернули головы в его сторону.

– Ни чё братва, я кентуху по воле встретил,- успокоил он сокамерников.

– Вот так встреча!- не переставал удивляться Пархатый.

– А чему ты радуешься, будь мы на воле, я бы довел до конца начатое когда-то тобой.

– Да ладно, Санек, чё ты в натуре, это было давно и неправда, здесь эти вещи не канают. Так ты говоришь, два раза видел меня, а второй раз где?

– Восемь лет назад на стадионе Спартак, вспомни, как ты пытался из моих карманов мелочь вытрясти, потом вы всей шоблой накинулись и отметелили меня. Тебе тогда тоже досталось, я успел пару раз об лавочку твой нос припечатать.

– Е-мое, Воробей! Да мы с тобой оказывается крещеные, ну конечно-конечно я помню, по-моему, ты там чем-то занимался.

– Классической борьбой.

– Во, точно вспомнил, борьбой. Слушай, а я ведь тебя вспоминал, все думал, пацан-то не конявый попался. Ни фига себе, Воробей, вот значит, как было судьбе угодно нас с тобой перехлестнуть в жизни. Ну, ты не держи обиды-то, ведь все в прошлом, всякое случалось. За нож тоже не обижайся, меня если бы поймали, то сразу срок накрутили.

– Я тебя искал, да не мог найти, хотел до конца с тобой разобраться.

– Мы с тобой квиты,- Пархатый ощупал свой нос и хищно улыбнулся.

– Это ты за другое получил. Ладно, Жека, замнем для ясности, я зла долго не помню,- и он поднял ладонь к верху. Пархатый ударил его по руке, и от звука шлепка зэки снова повернули головы.

– Вы что там, в ладушки играете?- пошутил кто-то.

– Ага, детство вспомнили,- шутя, ответил Жека.

В рабочке все собравшиеся расселись на столах, благо их было в избытке. Тусклая лампочка еле-еле освещала большую камеру. Кто-то из догадливых уже сварил чифир и пронес с собой кружку. Поприветствовав друг друга, пацаны закрепили встречу чаем, гоняя кружку по кругу.