Снова мегафон разорвал зловещую тишину своими призывами:

– Осужденные, последний раз просим прекратить всяческое сопротивление, выдайте нам заложников, и мы обещаем, что в зону солдаты не войдут, в противном случае администрация колонии не ручается за вашу сохранность.

Мегафон смолк. Но через минуту вещание возобновилось:

– Дронов! С тобой говорит начальник управления генерал Зыков. Даю тебе слово офицера, что ты, и твои сотоварищи в срочном порядке будут этапированы в СИЗО, физические меры к вам применены не будут. Я возьму все под собственный контроль, часть ваших требований мы постараемся выполнить. Отдайте нам заложников, и мы обещаем, что в колонии не будет репрессий.

– Ага! Мерси! Мы уже сыты офицерскими обещаниями, спросите у хозяина зоны, который так легко пускает по ветру слово офицера,- выкрикивал Дрон,- мы вам не верим, ваша система не в состоянии исполнять законы, над вами тоже есть начальство, оно с вас точно спросит, что довели заключенных до бунта.

– Это твои последние слова? Кто тебе дал такое право, говорить от имени всех?
– раздался с другой стороны забора голос, но уже без мегафона.

– Да, начальник, последнее, а право у меня и у всех зэков одно - быть людьми, а не скотами, ты сам поразмышляй о матерях своих солдатиков, которых пускаешь на кровавую бойню, ты думаешь, мы их пряниками будем встречать.

– Все Дронов, прекращай свою болтовню, даю тебе и твоим головорезам пять минут. Предупреждаю, если вы не сдадитесь, то умоетесь кровавыми слезами.

– Вот и добазарились, как говорили на фронте - заполучи-ка враг гранату!

Дрон сказал стоявшему рядом Каленому:

– Давай Игореха, запускай! Он держал в руках самодельный взрывпакет, начиненный серой, магнием и марганцовкой. Мало того, в ней присутствовала одна из серьезных начинок - фторопластовая мелкая крошка, можно сказать пыль. При совместном возгорании всех компонентов, фторопласт выделял едкий токсин, который, попадая при вдыхании в горло, раздражал слизистую оболочку и человек начинал задыхаться. Старая армейская смекалка подсказала Ирощенко выход из ситуации, пусть хотя бы менты предполагают, что у восставших имеются средства не только для защиты, но, и для нападения тоже.

Игорь чиркнул спичку, зажег фитиль бомбы и, выждав пять секунд, запустил пакет в сторону осаждающих. Над стоящими на открытой площадке офицерами раздался оглушительный взрыв, сопровождающийся грандиозным, малиновым фейерверком. Военные бросились в рассыпную: эффект неожиданности сработал, все, кто попал в зону разрыва бомбы, получили дозу незабываемых ощущений: кашель раздирал горло до изнеможения.

На промбазе тоже послышался звук взрыва - это Леха Сибирский произвел подрыв бомбы.

Над зоной взметнулись три осветительные ракеты, служившие для военных сигналом о начале штурма.

Взревели двигатели бульдозера и бронетехники, загрохотали гусеницы по асфальту.

Водитель, приподняв лопату бульдозера, направил свою машину на баррикаду, но не успел он подъехать вплотную к загромождению, как с разных сторон к воротам метнулись заключенные, в руках они держали бутылки с зажигательной смесью. В темноте вспыхнули небольшие огоньки и полетели в сторону бульдозера. В сплошной, горящий факел превратился трактор, водитель едва успел выскочить из кабины в приоткрытую дверцу и, крича от ужаса, кинулся прочь от пылающей машины.

По другую сторону ворот заревели пожарные сирены, и мощные струи воды обрушились на взбесившиеся языки пламени - это пожарные расчеты вступили в борьбу с огнем.

Дрон крикнул:

– Не суйтесь под брандспойты, отходите за угол зданий, пусть они сольют воду.

Карзубый, Каленый, будьте наготове, если пойдут "Рексы", забросайте их горючим. Санек,- обратился он к Воробью, бери в резерве мужиков и быстро бегите в промзону, мы здесь сами управимся...

Не успел он договорить, как из рабочей зоны прибежал посыльный.

– Братва, трактор с ходу разметал наши баррикады,- запыхавшись, произнес он первую фразу.

– Они не подожгли его?- удивленно спросил Воробей.

– Подожгли, но водила - дурень даже не вылез из трактора, похоже он там сгорел.

Паренька трясло, наверно от чрезмерного возбуждения.

– Передайте Дрону, что нам удалось закидать солдат горючим и камнями. Больше они не суются, отошли назад,- отдышавшись, закончил посыльный.

Дрон, услышав от Сашки хорошую новость, закричал во весь голос:

– Мужики, промзона отбила атаку чертей, дело теперь за нами.

Со стороны властей начиналась психологическая обработка бунтовщиков: ударили автоматные и пулеметные очереди, но видимо стреляли холостыми, потому как свиста и рикошета пуль не было слышно. Заметались с разных сторон лучи прожекторов, освещая крыши и стены зданий - бараков. В небе над зоной послышался нарастающий шум винтов. Показался боевой вертолет, и освещая территорию мощным прожектором начал кружить над всей колонией.