– И в дальнюю сторожку пойдем?- обрадовался Сашка.

– О, смотри! Помнит! Конечно пойдем, я тебе такие места покажу, залюбуешься, там еще не ступала нога человека.

– И на обратном пути в Кедровую падь завернем?

– А как же, косуль проведаем, - улыбался дед.

– Мам, я остаюсь!
– решительно заявил сын.

Катя ласково взглянула на своих родных и с небольшой грустинкой в голосе сказала:

– Да, сынок оставайся, в коем веке с дедом побудешь. В августе домой, тебе ведь дальше идти учиться, раз в девятый класс не хочешь переходить. Нужно специальность приобретать, пойдешь в училище.

На том и решили. Катя не скрывала слез, ей было тяжело расставаться с родными, она и сама бы погостила дольше, да работа в библиотеке привязывала.

Проводили Катерину до берега, где их ждал Ефим - сродный брат Михаила, он переправил всех на моторной лодке на другую сторону в село Топильники. Расстояние до пристани было километров семнадцать, нужно было спешить, но хороший двигатель быстро помог преодолеть путь по воде, как раз поспели к приходу теплохода.

Во время посадки по трапу спустились на берег военный в звании капитана и двое солдат с автоматами за плечами. Капитан подошел и обратился к Михаилу:

– Доброе утро, уважаемый.

– Доброе, доброе,- ответил дед Михаил и смекнул, что не просто так подошли к нему служивые.

– Скажите, Вы с того берега приплыли?
– Михаил молча кивнул в ответ.

– На берегу или в тайге, не встречали незнакомых людей?

– Нет, точно скажу, не видели. А что случилось?

– Разыскиваем опасных преступников, приходится сопровождать суда,- сказал капитан.

– Что хоть натворили они?

– Бежали из колонии четыре человека, если говорить откровенно, то за этими зверями числится три убийства. А вы здесь живете?- спросил он лесничего.

– На том берегу, за деревней Михеевка, там держу хозяйство. Я в тех краях лесничим работаю.

Офицер заметно оживился и обратился к собеседнику:

– Просьба к Вам, уважаемый, если заметите в тайге или в деревне подозрительных людей, дайте срочно знать в любые местные органы, но будьте осторожны, преступники очень опасны и к тому же вооружены.

– Ну, хорошо, спасибо, что предупредили,- поблагодарил дед военных. Простившись со служивыми, дед и внук, помахав на прощание рукой Екатерине, сели в лодку Ефима.

На обратном пути зашли к родственнице Наталье Семеновне. Когда Михаил покидал надолго домик лесничего, она бралась присматривать за хозяйством: корову доила, кормила курей и кота Ваську. На этот раз дед Михаил планировал вместе с внуком отлучиться на два-три дня - вот и попросит он племянницу присмотреть за домом.

Собирались с вечера основательно, укладывали в рюкзаки все необходимое для дальнего перехода: трехдневный запас еды на троих, включая собаку, спички, патроны, одежду. Сашке дед выделил старую берданку (винтовка образца 1870 года, а также карабин с продольно-скользящим затвором), у его самого был охотничий карабин, подаренный хорошими знакомыми егерями. Сашка внимательно наблюдал, как дед заворачивал спички в тряпицу из болоньевой ткани и по швам промазывал парафином.

– А вдруг дождь в лесу,- приговаривал дед,- а в тайге огонь - это жизнь: и пищу сварить, и отогреться возле костра, и от гнуса спасение. Пойдем внучек через топи, я одну тропу знаю, мы в былые времена по ней даже лосенка выводили, забредшего на болота, а не то, что человека. Дойдем аккурат до Черного камня, а там и рукой подать до нашей сторожки.

– Дед, а что за Черный камень?

– Легенда старая гласит, что на том месте во времена правления татарского хана была Казацкая крепость. Пришлые казаки из Донских степей обосновались там с семьями, кто на Иртыше осел, а иные в наши края подались. Татары заставляли их платить ясык - значит оброк. Атаман Ермак волю казакам дал полную на многие сотни верст вокруг и строго настрого приказал: татарам дань не платить. После гибели вожака много переселенцев было в этих краях. Вырезали нехристи под чистую всех людей из казацкого селения, а крепость сожгли и разрушили. Камень по легенде был серого цвета, а после гибели казаков, стал черным. С течением лет вокруг холма, где располагалась крепость, местность заболотилась, а камень так и продолжает располагаться на том же месте.

– А камень большой?
– поинтересовался Сашка.

– Целая глыба, а под ним раньше схрон был, наши мужики из деревни там сабли, да всякую утварь находили, правда, ржавью поедено все.

Внуку было очень интересно слушать о старинной легенде, а еще больше прельщало, самому прикоснуться к камню, ощутить связь времен. Сашка долго не мог сомкнуть глаз, все представляя, как они с дедом пробираясь сквозь тайгу, выходят по болоту к заветному камню, так незаметно и уснул.

Рано утром дед поднял внука и они стали собираться в дорогу. Михаил вывел на небольшое пастбище свою Буренку, привязал ее к вбитому в землю колу, а затем выпустил во двор кур. Взглянул в небо: не видать ли коршуна и подумал: "Опять куриц не досчитаюсь". Принялись одно время пернатые хищники бить у него кур, благо Корт во дворе зорко охраняет свои владения и гоняет коршунов, не давая им камнем бросаться на землю. Когда Михаил уходил в тайгу и брал с собой лайку, по возвращении из леса недосчитывался, то одной, то двух птиц, но куры со временем научились прятаться от хищников, заскакивая в приоткрытую дверь стайки.

Сашка крикнул Корта, и они все вместе направились в лес. Утро выдалось погожим, солнце начало подниматься, освещая верхушки деревьев ослепительным светом. Сапоги быстро намокли от утренней росы. Там, где лучи света плохо пробивались сквозь листву и лапы елей, трава была низкорослой, но зато в освещенных участках она достигала пояса человека, так что брюки в скором времени тоже намокли от росы.

Сашка шел бодро, вступая почти след в след за лесничим. Наблюдая за дедовской походкой, он определил, что поступь у него мягкая, осторожная. Уворачиваясь от веток или отстраняя их рукой, дед всегда придерживал их, чтобы не хлестнули Сашку по лицу. Иногда, остановившись, они слушали лес: разноголосое пение птиц, шум верхового ветра, гулявшего по кронам деревьев.