Так очень быстро все племя очистилось от своих проблем и перекочевало в одно очень быстро обустроенное помещение.

Там все сгрудились друг возле друга и попытались расположиться так на ночлег, прижимаясь одни к другим и располагая между собой дитя.

Так было, конечно, теплее и удобнее. Но их разогнали и поселили по-отдельности.

– Тепла хватит, - сказали те, кто прибыл, и указали, как они его добудут.

Что-то зазвучало, треснуло и вмиг помещение наполнилось теплом.

Люди разомлели и уже безбоязненно расположились друг от друга на расстоянии, пытаясь лишь руками дотягиваться и ощущать себя не так самостоятельно.

Посмотрев, гости удовлетворенно кивнули, и покинули помещение, унося с собой странный свет ручных глаз и даже часть теплоты, так крепко их всех соединивших между собой.

– Армонтис?
– прозвучал где-то совсем рядом с жилищем голос неизвестного.

– Я, командир, - раздался другой голос, сохраняющий спокойствие и тишину

окружающего.

– Дежурить поочередно. Ты первым. Что в других очагах?

– Вас понял. Докладываю, десять групп очищены, пятнадцать на подходе и еще двадцать уже отошли ко сну.

– Какова численность?

– Где-то около двухсот.

– Точнее?

– Точнее будет только после отсчета в уже лежачем состоянии.

– Хорошо. Что другие группы?

– Там то же самое. Работы ведутся. Из наших никого не погибло.

– Слава Богу, - ответил так первый и вроде бы на время успокоился.

Но вот, спустя немного он снова спросил:

– Послушай, Армонтис. Ты раньше участвовал в чем-то подобном? Я как-то забыл спросить у тебя об этом сразу.

– Да. Я бывал на Галатее. Еще ходил во Флориду. Был еще на Тинезе, а однажды занесло в Куррандоль.

– Даже туда?
– удивился почему-то тот же и спросил снова.
– А сколько тебе до выслуги?

– Еще много, - тихо сказал отвечавший, посвечивая своим фонарем в сторону быстро сооруженной палатки.

– Мне тоже, - ответил тот, что спрашивал и, казалось бы, прекратил свои вопросы.

Они расположились рядом с тем самым помещением, где состояли сейчас в семейном очаге люди, и наконец, вытянули ноги, чтобы немного отдохнуть.

– Да, день выдался тяжелым, - откровенно признался один из говоривших и, наверное, мигом уснул, так как тишина разразилась небольшим посапыванием и одиночным покряхтыванием.

В жилище, сооруженном другими, мирно отдыхали и люди, время от времени так же посапывая и даже издавая какие-то другие звуки, наполняющие тишину и хранящие секрет духотворного образования единой среды семейного очага.

Лишь изредка тела людей вздрагивали, и они просыпались в испуге. Но, оглядевшись, вновь мирно засыпали, умиротворяя себя созерцанием рядом расположившихся особ.

Так и прошла та самая первая ночь их знакомства с другого рода статями и так завершилась первая очаговая дезинфекция людей - дико странствующей цивилизации Земли.

Правда, сами люди об этом еще не знали и не знали, конечно, того вновь прибывшие на подмогу.

Но история запечатлела те строки и создала навек свой эпос предания чужой славе богов-творцов и покорила сердца многих на тысячелетия вперед.

Сейчас нет и в помине тех рыцарских подвигов, о которых приходится рассказывать.

То было когда-то. Настоящее диктует, и будет диктовать свои условия выживания всякого звано-незваного присутствия чьей-либо другой силы.

Но то же настоящее оглашает факт ее пребывания на Земле, а значит, совершенствует ту самую веру в чудотворных богов и способствует ее расширению, что неизменно приведет к одному и тому же результату - сближению факта состояний ума различных родов и групп по случаю посещения земных основ когда-то в прошлом.

Так или иначе, но произойдет следующее. Это открыто-закрытая динаминирующая помощь, что способна положить начало другой близости и возродить дополнительно на свет еще одну нить цивилизации, именуемую просто человеческой. Но до того, как говорится, надо еще дожить.

И будем жить, а еще пуще - верить в то самое продление жизни, а также в ее изучение со стороны праха тех же предков как с одной, так и с другой стороны. И об этом будет указано далее, хотя, как говорится, не совсем подетально и не совсем ясно.