Но так надо, люди, а иначе вы раздолбите землю и сотворите ненужное только ради того, чего по сути уже нет и что просто возложилось когда-то вглубь самой земли..

Время лечит наши раны так же, как лечатся они же среди многих других странствующих и уже нет цивилизаций.

Одной из таких ран и была гибель состава группы, выпущенной на подмогу людям или для оказания простой элементарной помощи.

Но вернемся все же к началу и продолжим наше прострационное путешествие для окончательного отброса всяческого сомнения целесообразности того прихода и удаления мысли о том, что кто-то когда-то желал бы видеть человекосуществ в виде своих рабов на их собственной территории роста.

Ночь прошла спокойно, а утро засветилось как обычно, уже без дымящихся костров и угнетащего дыма.

И в этом был успех обоюдообщий. Ибо одно наложило свою силу, другое - просто молча и тихо приняло ее.

Это и есть слаженность, это и было первостепенное общецивилизационное понимание.

Глава 2

Работа

В само слово работа не входит понимание такого, как робототехника и что-то в этом роде относительно самих людей.

Нет. Работа велась совершенно иная. Это работа в тех самых двуногих существах, которые так глубоко влезли в корни земные, что оторвать их вначале, было практически мало возможно.

И все же, расскажем, как это было. И за основу возьмем тех людей, о которых ведется здесь речь и которые вскоре сами будут становиться на свою же зашиту.

По окончанию всех пожарищ, окружавших ту самую первобытную стоянку, люди повели себя совсем иначе, чем вначале их беглого ознакомления.

Выходя поутру на улицу и справляя, само собой, естественные надобности, они радостно вскрикивали, тыкали рукою в сверкающий диск солнца и приговаривали:

– Прометей.., Прометей...

То был их Бог, как потом оказалось, издавна их охраняющий и оберегающий от всяких бед.

И звучало то все из их уст вовсе не как заученное и недопонятое, а наоборот, как сознающееся реально естество дня их жизни.

Гости спокойно наблюдали за всем тем и, даже можно сказать, радовались с ними. Это было видно по улыбкам на их лицах и по такому же радостному выражению глаз.

Самых простых, почти таких же, как и человеческих. Лишь только верхняя часть голов самим людям казалась неясной.

Во всем остальном же был полный порядок. Такие же руки, ноги, туловище и в целом, все так же.

Но вот голова. Она шокировала людей и, подходя к ним, они боязно оглядывались, как-то внутри сожалея о таком сближении.

Но вскоре и это последнее чудо развеялось.

Один из белых снял то самое с головы и взял под руку.

И тогда, случилось непредвиденное. Люди попытались сделать то же самое. В ужасе гости переглянулись, но вмиг сообразили, что делать.

– Спокойно, - ровным голосом сказал старший гостей и указал своим жезлом в толпу безжалостно вертящих своими или чужими головами.

Это сделало свое дело, и люди прекратили всякое движение, на минуту оцепенев и как-то странно скучив глаза к переносице.

А далее прозвучали слова.

– Не торопитесь с выводами. Я вам расскажу, что это. Вот, посмотрите. Это шлем. Это маска для того, чтобы не дышать вашим воздухом.

Люди, придя немного в себя, странно смотрели на все это и жалобно потирали глаза, не в силах поверить в такое чудо.

Некоторые же вновь хотели заняться откручиванием голов, желая убедиться, что за одной есть и другая,

но тот же голос их остановил.

– Прекратите. Я вам поясню по-другому. Вот листок, - он подошел к дереву и сорвал большой лист.

– Это мое лицо, - и он указал рукой на себя, отдав шлем в руки товарищу, - а это то, чем я могу его прикрыть, - и он сделал это, наложив лист на себя, - я могу сделать из него маску. Сделаю дыры для глаз, рта и ушей.

Гость так и сделал, а затем снова приложил, глядя своими глазами на людей через отверстия.

– О-ох, - вырвалось у людей, и они на шаг отступили в сторону, боясь, что эта вторая голова чем-то им навредит.

– Это маска, - еще раз повторил белый и продемонстрировал то же с другим листком, сорвав его с дерева.

Затем передал его одному из людей и велел проделать то самому.

Человек заколебался, но все-таки решился. И спустя время сделал так, как велели, посмотрев уже своим взглядом.

– У-ух, - выдохнула толпа и, наоборот, двинулась к нему на шаг вперед, желая убедиться в истинности исполнения второго лица и такого великого

чуда - исчезновения куда-то первого.