Он может вытянуть мечи из земли или применить боевые навыки, прибегнуть к рукопашному бою или скрытому оружию. Нет, возможно, он будет использовать метательное оружие.

Клементина подумала о десятках способов, которыми может сражаться враг. И она была уверена, что прорвётся через все.

Но все её догадки оказались не верными.

Противник не сделал ничего.

Тёмный воин просто развел руки, ожидая нападения.

По спине прошёл холодок. Это было за гранью её воображения. Страх неизвестного.

Следует смело атаковать или отступить и сбежать

У неё было только два пути.

Может, Клементина и была жестокой и бессердечной, но она не была дурой. В эту долю секунды она быстро просчитала бесчисленные возможности и способы противодействия.

Последнее, что её подстрекнуло - уверенность в себе и гордость.

Однажды она была членом сильнейшего особого отряда Силианской Теократии, Чёрного Писания. Перед лицом неизвестного и неопытного воина Момона, такая как она не должна убегать, поджав хвост.

Когда она решилась, остальное встало на свои места. Без колебаний и со спокойствием первоклассного воина Клементина бросилась к груди Момона, она оказалась так близко, будто они собирались обняться.

– Умри!

Используя все мускулы тела, Клементина всунула эсток в щели его шлема. И она прокрутила клинок, чтобы затолкнуть его глубоко в мозг. Кроме того, она собиралась уничтожить его остальные органы, чтобы он умер наверняка.

Хотя руки в доспехах приближались, будто собираясь обнять Клементину, её это не заботило, она продолжала атаковать.

Следуя мысли убить наверняка, она высвободила запечатанную в эстоке магию. ‘Молния’.

Тело Аинза пронзила молния.

В оружии Клементины была запечатана магия. Как только заклинание высвобождалось, хранимая магия опустошалась. Но можно было запечатать разные заклинания, так что заранее можно было приготовить различную магию, чтобы потом действовать по обстоятельствам, это было удобно.

Окутанный молнией эсток воткнулся в череп. Точно смертельная рана.

Но…

– Я ещё не закончила! ‘Полный ход’.

С помощью увеличенной скорости она достала ещё один эсток и высвободила ‘Огненный шар’. Она представила, как тело Момона горит внутри, и подумала, что ощутила запах горелой плоти.

Но… Клементина была ошеломлена неожиданной сценой перед глазами.

– Хмм, ясно. В Иггдрасиле не было такого магического оружия. Я изучил нечто новое.

Хотя в оба глаза Аинза были воткнуты эстоки, он говорил, будто ничего не случилось. Это заставило Клементину осознать, что когда она ранее зацепила шлем, крови не было.

– Невозможно! Как такое может быть! Почему ты не умер!

Она никогда не слышала о таком непобедимом боевом навыке. Или, может, у него есть какой-то способ защититься от колющих атак Если это так, как тогда он защитился от последующих магических атак

Даже Клементина, ветеран сотен битв, не могла ответить на этот вопрос.

– !

Клементину обняли, её тело прижалось к телу Момона, медали искателей приключений изогнулись.

– Позволь мне дать ответ.

Тёмная броня исчезла без следа, показывая ужасающее лицо.

Череп без плоти и кожи. Над пустыми глазницами были защитные очки, пробитые эстоками, но не казалось, что Аинзу больно.

Клементина поняла, что значит такая внешность

– Нежить… Лич!

– .. Я о многом хотел бы тебя спросить, но забудь. Могу лишь сказать, что твои слова близки к истине. Что ж…

У такого монстра не должно быть никаких выражений лица, ведь нет ни кожи, ни плоти, но Клементина явно почувствовала, что он ухмыляется.

– Что ты чувствуешь Сражаясь с Заклинателем, использующим меч Не в состоянии покончить со всем в мгновение ока, на что это похоже

– Не, не смотри на меня свысока!

Клементина всеми силами начала вырываться, но она не двигалась, будто её сковали намертво.

Личи - могущественная нежить, искусная в магии, но физические данные у них не такие уж и большие. Потому у Клементины должно быть преимущество. Но…

– Почему, почему!

Она не могла вырваться.

Осознав, что невероятная сила - не магические эффекты доспехов, Клементина похолодела. В мыслях появилась сцена беспомощной бабочки, попавшей в паутину.