Вернувшись в номер и чувствуя себя одинокой и злой, я присела продумать свои последующие действия.

Первым делом я снова связалась с Эриком и со своим дедом. Доложила обстановку по Хантеру и велела отследить поиски Кириллом счетов Хантера. Эти счета надо немедленно перевести на имя Леды, пока их не прибрало Содружество. Пока на имя Леды. То есть пока она не скажет новое имя Хантера. Планете Островное Ожерелье деньги Хантера наверняка понадобятся.

Затем я слегка посидела, подумала о Рольфе. Уж этот точно нуждался в моей немедленной помощи.

Результатом дум стал вечерний выход на улицы города.

Для начала я переоделась в одном неплохом магазинчике в чёрное и кожаное. И прикупила ещё один комплект одежды, размером поменьше, попросив упаковать его. Уже переодетая, доехала до магазина, где продавали байки, и купила хар-рошую машинку! Зверь, а не байк! Размашистый такой! «Мощнецкий», как уважительно ни сказали бы мои знакомые по этому делу.

На этом звере я подъехала к дверям дедова проживания и незаметно, хоть и с увесистым пакетом в руках, просочилась в дом. Впрочем, охранник при входе на меня внимания и не обратил… Образ бледного измученного мальчишки витал перед мной, подстёгивая к активным действиям. Снова не замеченная никем, я проникла в ветхие апартаменты и тенью пронеслась знакомой анфиладой в комнатушку Рольфа.

Прислушавшись у открытой двери, я осторожно вошла. Он сидел на постели, прислонившись к поднятым позади одна на другую подушкам и, сложив руки перед собой, о чём-то горестно раздумывал.

— Рольф… — шёпотом — и палец к губам. — Кирилл здесь?

— Ингрид? — тоже шёпотом, глаза горят радостью. — Он куда-то ушёл!

Через пять минут глаза горели восторгом. Мальчишка же!

Я впихнула его в байкерский комплект, с большой опаской подала ему ботинки. О радость — размер точный! Рольф стоял у своей кровати и изумлённо разглядывал себя.

— Здесь где-нибудь зеркало есть? — шёпотом спросила я.

— Вон там ванная комната.

— Пошли?

У мутноватого, но ещё действенного зеркала Рольф просто раскрыл рот. Он явно себе понравился в такой мужественном прикиде!.. Так что я свою жалость давила на корню: блин — настоящий вампир, да ещё подчёркнутый чёрной кожей одёжки, — бледнолицый до ужаса!

— И поедем мы на байке, — задумчиво сказала я, следуя своей мысли…

— А куда? — засверкал мальчишка глазищами.

— Прости, Рольф, но я приехала тебя похищать. Снова. Сопротивляться будешь?

— Я — что, на дурака похож? — обиделся мальчишка.

— Не похож, — подтвердила я. — Поэтому мы начнём с ресторана.

Вот уж кто без комплексов! Обрадовался так, что сразу понятно, как голоден. И не надо лепетать, что сидит на диете из-за отравления! Мальчишка просто голоден! Небось, потихоньку разоряющийся дед и кормить нормально внука не может… Кажется, мне придётся и этими делами заняться. Но так, чтобы не пострадала гордость моего любимого мужчины… Впрочем, о финансах чуть позже. Я сама проголодалась, пока переживала…

Мальчишку покачивало, пока мы пытались бесшумно пропасть из дедовой квартиры. По-моему, нас всё-таки не заметили. Я так поняла: дед не больно интересовался подброшенным на его шею больным мальчиком.

Внизу, выведя байк из-за цепи стоянки под присмотром камер, я показала, куда вцепляться, чтобы не свалиться. Потом помогла сесть, надеть очки и села сама. И мы рванули. Осторожно, конечно, рвать пришлось. Я постоянно побаивалась, как бы Рольф не упал. Но проехались так, что он порозовел уже от одного восторга, что едет со мной, на звере, по улице, да ещё в такой одёжке!..

Я была счастлива не меньше — сразу ожил!

В ресторан, конечно, я его не повела, но в забегаловку, порекомендованную Эриком, надолго усадила. Мы — оторвались! Потому что Эрик — гений. Это было местечко, где можно было заказать всё! Даже близко к диетическим блюдам, рекомендованным для слабого выздоравливающего! И ждать приходилось недолго.

Мы поели — радостные, как заговорщики!

Потом мы съездили на мотокорт. В развлечениях, конечно, не участвовали, но были зрители среди активно действующих участников. Рольф, раскрыв рот, смотрел на происходящее вокруг него, то и дело вцепляясь в мою руку — подёргать и спросить, что это такое или как такое делается. От байка не уходил ни на шаг и очень часто сутулился, едва с ним пытались поговорить. Все попытки общения с ним я в основном переводила на себя. Так что в конце концов он понял, что я — за него. И расслабился, стал с удовольствием впитывать в себя поразительное для него действо: ночь, перекрещенная бегучими огнями, освещённые дорожки корта, взлетающие байки с весёлыми парнями на них, зашкаливающие эмоции от происходящих соревнований, бесконечный гомон и радостный смех отовсюду…

Потом я привезла его к себе, в отель. И мальчишка, усталый от множества впечатлений (хотя, по мне, впечатления пока ещё так себе), выспался — после сытного ужина, в чистой постели! А утром, сидя за завтраком и понимая, как зря Кирилл надеется на деда, что тот присмотрит за Рольфом: тот, небось, рад-радёшенек, что внук исчез! — я предложила:

— Рольф, а хочешь, мы слетает на одну планету? Там океан! Там такие места обалденные! И у меня там дом!

У мальчишки дух захватило.

— Ингрид! Ты думаешь — мне можно туда?