Подобные мысли вызывали у меня зуд. Но с другой стороны, я - не Лисса.

За два последних года я приложила все усилия, чтобы осуществить одну вещь. Сделать ее реальной. Пройти все необходимые этапы, чтобы наконец вести самостоятельную жизнь.

Никакой свадьбы. Никакой романтической ерунды.

Никаких сменяющих друг друга отчимов.

Только я и мое будущее, в конце концов, вместе. Сейчас наконец-таки забрезжил хэппи энд, и я в него верю.

Лисса дотягивается до радио и включает его. Комнату наполняет детская песенка с припевом «ля-ля-ля».

Я направляюсь к шкафу, открываю дверь и начинаю изучать варианты.

– Что ты надеваешь, чтобы кого-нибудь бросить?
– спрашивает она, накручивая локон на палец.

– Траурное черное? Или что-то ободряющее и цветное, чтобы отвлечь от боли? Или ты надеваешь камуфляж, который позволит тебе быстро скрыться, если они слишком плохо это воспримут.

– Как по мне, - я достаю пару черных брюк и верчу их в руках: - так это облегающее черное, обтягивающее зад. И чистое белье.

– Ты это каждый вечер надеваешь.

– Сегодня как раз такой вечер, - отвечаю я. Я знаю, что где-то в шкафу у меня была красная рубашка, но я не могу найти ее в секции для рубашек. Это значит, что кто-то был здесь и стащил ее.

Я слежу за своим шкафом так же, как и за всем остальным: в нем все чистое и аккуратно разложено. Дом моей матери обычно напоминает хаос, поэтому только свою комнату я могу содержать, как хочу. А это значит, в полном порядке, все вещи на своих местах - так, чтобы я могла легко их найти.

Ну, возможно я немного одержима. Ну и что с того?

По крайней мере, я не неряха.

– Не для Джонатана, - произносит она, когда я смотрю на нее: - Я хочу сказать, что для него это особый вечер. Ты собираешься его бросить. А он даже не подозревает об этом. Возможно, он сейчас ест чизбургер или чистит нитью зубы, или забирает вещи из химчистки - и он и понятия не имеет. Даже не догадывается.

Я бросаю поиски красной рубашки, вместо нее достаю майку.

Да, это отвратительно, когда тебя бросают. Но не лучше ли говорить горькую правду? Признать, что твои чувства к другому человеку недостаточно сильны, чтобы оправдать потраченное на него время? Я оказываю ему услугу, на самом деле.

Освобождаю его для лучшей возможности. В действительности, я почти святая, если правда задуматься над этим.

Точно.

Полчаса спустя мы останавливаемся у Квик Зип, Джесс уже ждет нас. Хлоя, как обычно, опаздывает.

– Эй, - я направляюсь к ней. Она прислонилась к своей гигантской машине - старой Шевроле с погнутым бампером, и попивает очень большую колу Зип - мы всегда ее заказываем.

Это лучшее предложение в городе, за 1 доллар 59, и можно много раз просить добавку.

– Я куплю Скитлс, - Лисса хлопает дверью: - Кто-нибудь что-нибудь хочет?

– Диетическую колу Зип, - я лезу за деньгами, но она отмахивается от меня и уже заходит внутрь.
– Очень большую!

Она кивает, и дверь захлопывается за ней. Она самоуверенно направляется к отделу сладостей, беспечно засунув руки в карманы. То, что Лисса - сладкоежка, печально известно: она единственная, кого я знаю, кто может отличить Рэйзинетс[5] от изюма, покрытого шоколадом. Оказывается, существует разница.

– Где Хлоя?
– спрашиваю у Джесс, но она лишь пожимает плечами, не отрываясь от своей колы Зип.

– Разве мы не договаривались в семь тридцать ровно?

Она вздергивает брови.

– Расслабься, шило в заднице, - отвечает она, потряхивая свой напиток. Лед гремит в оставшейся жидкости.

– Сейчас только шесть.

Я вздыхаю, облокачиваюсь об ее машину. Я ненавижу, когда люди опаздывают. Но Хлоя всегда опаздывает на пять минут, в лучшие дни.

Лисса обычно приходит раньше, а Джесс - это Джесс: твердая как скала, всегда на месте.

С пятого класса она моя лучшая подруга, и она единственная, на кого я всегда могу положиться.

Мы встретились, потому что наши парты были рядом, согласно алфавитной системе миссис Дуглас. Майк Шемен - ковыряющий в носу, затем Джесс, потом я, по другую сторону от меня Адам Страк с плохими аденоидами.

Нам пришлось стать лучшими подругами в таком окружении пожирателей козявок.