же попалась?.. Все-таки поверила его словам?.. Но так ли они

искренни?.. Теперь уже она этого никогда не узнает...

Ей оставалось лишь вертеть на пальце надетое им кольцо и,

размазывая по щекам слезы, не отрываясь смотреть на его силуэт,

едва различимый в темноте...

Наконец, он вернулся в дом, а Катя осторожно вышла из-за угла

сарая и, наклонившись к тайнику под бочкой, достала ключ.

Оглядевшись по сторонам, быстро подошла к двери сарая и,

отперев замок, прошмыгнула внутрь. Еще минута потребовалась на

то, чтобы привести в порядок дыхание, сердце было готово

вырваться из груди от страха быть замеченной. Однако самое

опасное было впереди и она это знала. Вытащив из сумки фонарик,

включила его и, направив свет в пол, направилась к дальнему углу,

где находился люк. Катя медленно спустилась в темный сырой

тоннель.

Она шла, стараясь не смотреть вниз и каждый раз зажмуриваясь,

когда по сапогам пробегали мыши. Холод стал уже привычен

настолько, что ей казалось, что она и вовсе его не ощущает, а вот

нервная дрожь не переставала бить тело ни на минуту.

Остановившись перед деревянной дверью в погреб, девушка

замерла, прислушиваясь. Было тихо...просто оглушающе тихо.

Сделав глубокий вдох, она потянула за ручку и дверь распахнулась.

Наверху несколько раз скрипнули половицы, кто-то ходил по

кухне. Если прислушаться, то можно было различить

приглушенные голоса Павла и Саши. Катя вошла в темное

помещение и осветила его фонариком.

На нижней ступеньке лестницы стояла обычная спортивная сумка.

Девушка даже покачала головой - они бросили сумку, набитую

деньгами, в подвал, понадеявшись, что никто не знает о втором

входе и даже не потрудились запереть дверь изнутри. Присев на

корточки, потянула за молнию. Представшая перед ней картина

была настолько нереальной, что захватило дух. Ей даже не хотелось

думать, какой была сумма, находящаяся здесь. По сути, эти деньги

ее не интересовали, но она бы все отдала за то, чтобы увидеть лица

брата и Степнова, когда они увидят, что сумки нет. О том, что с

ними сделает Карпов даже думать не хотелось, но Катя надеялась,

что до убийства все-таки дело не дойдет, а надлежащий урок они

получат. Они слишком заигрались в свои игры, забывая про чувства

других людей, не считаясь ни с чьими желаниями, растаптывая

чужую волю...

Обратный путь занял немного больше времени. Подняться по

прогнившим деревянным ступенькам с увесистой сумкой на плече

было сложновато. Закрыв люк, девушка вернула на место половик

и взглянула на наручные часы. Одиннадцать двадцать. Оставались

две электрички, проезжающие мимо станции и на последнюю она

должна была успеть. Однако идти по главной дороге Катя не

рискнула и, пройдя за огородами до начинающегося пролеска,

пошла по его краю, постоянно натыкаясь в темноте на какие-то

кустарники и несколько раз даже падая.

Полчаса спустя она устроилась в пустом вагоне электрички,

следующей дальше в пригород. Время для путешествия в

одиночестве, конечно, было не самое подходящее, к тому же, после

хождения по лесу ее внешний вид оставлял желать лучшего и

главное сейчас было не нарваться на милицейский патруль. Катя

безотрывно глядела в окно, а в висках стучало - неужели она это

сделала?.. Ее поступок был сродни самоубийству и теперь проще

было умереть, чем попасться на глаза кому-то из тех, кто был

замешан в этом деле. Это был конец всей ее прошлой жизни и

обратной дороги просто не существовало...

В два тридцать ночи электричка подъехала к конечной остановке.

Возле станции было довольно оживленно - стояло несколько

машин такси и таксисты о чем-то увлеченно беседовали, работал

круглосуточный продуктовый магазин, на крыльце которого

курили две продавщицы, а напротив и вовсе сверкал огнями