— Кто? — Ченс свел брови. — Кто сказал?

Уитмен вытянул губы, словно стараясь ответить, содрогнулся всем телом и испустил дух.

Ченс застыл на месте, размышляя над последними словами Уитмена. Значит, кто-то заплатил ему, чтобы задержать строительство железной дороги, — но кто? Дерфи? Или, может, один из владельцев фургонов, которым не хотелось терять прибыль?

Его тревожила печально закончившаяся встреча — он надеялся, что с Уитменом удастся поговорить спокойно. А теперь Уитмен был мертв и унес важные сведения с собой в могилу, к тому же Дженна никак не могла прийти в себя.

Ченс осторожно взял ее за руку.

— Лошади уже ничем не помочь. Возвращайтесь к хижине, я приеду туда.

Еще всхлипывая, Дженна позволила Ченсу помочь ей подняться. Дженна видела, как Тиа косит на нее огромным глазом — кобыла ждала помощи от своей хозяйки. Дженна потеряла единственное любимое существо, безгранично доверяющее ей.

— Вы хотите… пристрелить ее?

Пальцы Ченса сжались на ее плече.

— Другого выхода нет.

Дженна в последний раз провела рукой по шее Тиа и разразилась судорожными рыданиями. Внезапно отвернувшись, она побежала вниз по склону, спотыкаясь о камни, но ни разу не оглянувшись.

Ченс дождался, пока Дженна окажется по другую сторону хижины, и нехотя вытащил свой кольт из кобуры.

Дженна беспомощно опустилась на землю, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Выстрел потряс ее, после звучного эха в каньоне наступила тишина. Дженна съежилась и положила голову на колени.

Проклятый Вестал Уитмен! Хорошо, что он умер…

Генри назначил встречу со своими партнерами, и Айвс вызвался передать об этом Дерфи. Они встретились в полночь в уединенном месте у реки, в миле от лагеря. Партнеры сидели рядом, разговаривали шепотом, и только луна освещала их лица.

— Что же нам делать с Кайлином? — спросил Айвс.

— Если повезет, Уитмен прикончит его, — сухо отозвался Дерфи.

Эта мысль уже мелькала в голове Генри, но ему не хотелось такой же участи для Дженны. Он надеялся, что сумеет отговорить Дженну от поездки. Остальных не заботило, если Дженна погибнет вместе с Соломоном, но у Генри были свои планы, и расставаться с ними ему было жаль. Бог свидетель, Кайлин и без того осложнил положение на железной дороге. Если с Дженной что-нибудь случится, все надежды завладеть состоянием Соломона будут потеряны для Генри.

Одна мысль о Кайлине привела его в ярость. Зачем Соломону понадобился партнер, и почему он выбрал именно Кайлина? Генри знал Соломона много лет, был его другом, его доверенным лицом. Но Соломон предал его — он даже не предложил Генри стать его партнером, не доверил ему строительство дороги. Пусть у Генри не было такой подготовки, как у Кайлина, но опыт всей жизни ничем не хуже, а может, и лучше.

— Наша попытка припугнуть Соломона не удалась, — произнес он. — Теперь, когда Кайлин здесь, положение серьезно изменилось. Он может узнать про нас, как узнал Уэстбрук. Привлекать внимание к Дерфи очередным убийством слишком опасно. Но отступать нельзя. Мы слишком многое вложили и слишком многое можем приобрести, построив эту дорогу. И если мы будем осторожны, он никогда не узнает, что мы — владельцы «Центральной компании Кердалена», даже после того, как закончится строительство дороги. После этого нам уже будет нечего бояться.

— Ну, одно я знаю наверняка, — вмешался Дерфи, — заключая сделку, мы не знали о Кайлине. Пожалуй, нам пора что-то делать.

Последовало продолжительное молчание. Каждый из мужчин обдумывал неожиданно возникшую по воле Соломона ситуацию. Казалось, что бы они ни предприняли, раньше или позже железнодорожный магнат погубит их.

Наконец Джеймс Лиман заговорил — таким же вялым, как его тело, голосом, но тем не менее требующим внимания:

— Убивать наших противников слишком опасно, джентльмены. Вероятно, мы должны последовать примеру Соломона: перехитрить их, а затем ударить по самому больному месту — по карману. Пусть Кайлин и Соломон выстроят эту дорогу, — продолжал он. — Но мы, настоящие строители, позаботимся о том, чтобы дорога обошлась им недешево — по крайней мере, на бумаге. А тем временем мы будем обсчитывать Соломона на каждой мелочи, всеми силами затягивать строительство и заодно получим лишние деньги для своей дороги.

Лиман помедлил, чтобы дать партнерам обдумать первую часть плана, а затем приступил к изложению второй части.

— Когда дорога будет построена, мы убьем Соломона и Кайлина. Тогда ни у кого не будет оснований назвать нас убийцами. Всем известно, что у Соломона немало врагов. А после его смерти справиться с Дженной будет совсем просто. В горе она захочет избавиться от дороги. Поскольку мы ее служащие, она доверится нам и продаст дорогу за сущие гроши, лишь бы сбыть ее с рук, при этом думая, что совершает выгодную сделку. Она уберется на свое ранчо в Коннектикут и больше не захочет даже смотреть на эти горы. А если Кайлин что-нибудь заподозрит прежде, чем будет достроена дорога, то… на строительстве всегда бывают аварии.

— А как насчет доли Кайлина? — спросил Айвс. — С кем придется иметь дело, если он умрет?

Лиман подготовился к этому вопросу заранее.

— Его единственная наследница — мать. Она содержит пансион в Байярде и вряд ли захочет осложнять себе жизнь, связываясь с железной дорогой. Полагаю, она согласится продать ее за хорошую цену. Женщины неравнодушны к деньгам, джентльмены, зато головная боль им всем не по душе. Вы знаете много женщин, способных управлять железной дорогой?

Заухмылялись все, кроме Айвса.