– Наша мать, - резко ответил Карл, а Маргарита до крови закусила губу, сдерживая крик - это был именно тот ответ, которого она так боялась, который глубже кинжала вонзился в её сердце, - Ты же знаешь, сестричка, что в нашей семье убивают на совесть, - саркастически добавил он.

– Боже, помоги ему!
– дрожа в объятиях слабеющего брата, чей камзол весь уже был пропитан кровью, прошептала Маргарита, воздев глаза к небу,- Помоги…

* * *

– Шарль, умоляю, подпиши помилование, - Маргарита понимала, что сейчас для неё последний шанс. Её брат, король Франции Карл IX лежал на смертном одре.

– Который час?
– поинтересовался он.

– Пять часов, - слабым голосом ответила Маргарита.

– Поздно, - печально вздохнул Карл.

– Поздно?
– обеспокоенно спросила она, - Почему поздно?

– Мари... Мари. Я так любил тебя, - Карл силился приподняться на кровати, словно что-то увидел там, высоко на потолке, - Марго... Марго. Боже милостивый, - всё тело его напряглось, и он судорожно вцепился пальцами в простыни, - Боже милостивый, я иду к тебе без скипетра и короны. Забудь о преступлениях короля, и помни только о страданиях дитя твоего. Я хочу быть угодным Господу. Мы прекратим войну. Мы погасим ненависть. Мы будем добрыми и сильными. Не бойся, моя Марго, брат будет наблюдать за тобой из чистилища, - его глаза застыли, и голова безвольно упала на подушки.

Маргарита обняла брата в последний раз, закрыла ему глаза и задула свечу у его изголовья.

– Спи спокойно, Шарль! Несчастное дитя, ты не желал ни кому зла...

Наваррский стоял в дальнем углу комнаты и усиленно моргал и морщился, сдерживая слёзы.

– Король Карл IX умер! Да здравствует король Генрих III!
– сей же час разнеслось по галереям Лувра.

* * *

– Этим составом бальзамируют королей, - Маргарита передала палачу мешочек из чёрного бархата, - Сохрани его красоту для меня, - потом она повернулась к герцогине Неверской, - Сними с меня все драгоценности... Похороните их вместе с ним. Как я тебе завидую,ты сможешь спокойно оплакать своего Коконнаса...

– Вас ждёт король Генрих… А ваше платье в крови, - заметила Генриетта.

– Это не имеет значения, - нежной улыбкой просияла Маргарита, - Была бы улыбка на устах...

* * *

Ослепляющая вспышка белого света - и Маргарита стоит посредине огромного зала с витражными окнами, каменным полом и мраморными колоннами, в дальнем углу которого, в кресле из алого бархата сидела женщина в старинном платье.

Девушка медленно, мелкими робкими шагами пошла в её сторону.

– Ну, же, смелее, дитя,- позвала женщина, вставая с кресла, - Подойди ближе. Дай тебя обнять.

Маргарита послушно продолжала идти - теперь она узнала, кто перед ней. В свете свечей прекрасное лицо ещё молодой женщины казалось спокойным и умиротворённым, но её большие тёмные глаза были полны тоски и грусти. Одета она была в расшитое золотом и жемчугом бордовое бархатное платье с большим декольте, открывавшим безупречную кожу шеи и груди. Из украшений на ней были только жемчужные серьги. С гордой осанкой, она неслышно, плавной походкой, ступала в бархатных туфлях.

– Ваше Величество, - девушка преклонила колено.

– Поднимись, дитя, - женщина протянула руку, - Никогда и ни перед кем не склоняйся. Помни, кто ты есть и не забывай, чья кровь течёт в тебе. Спустя столетия, кровь Медичи и Валуа снова объединилась, - она обняла Маргариту, - Теперь, когда я своими глазами увидела тебя, я могу спокойно уйти. Прости за те кошмары, что тебе довелось вынести.

– Сколько же Вам всего пришлось пережить...
– участливо проговорила Маргарита.