– Нет, я только читаю сама для себя, – смутилась Христина.

– Но разве учитель или учительница, которые тебя выучили читать, больше не приходят давать тебе уроков? – спросил Франсуа.

– Да никто меня и не учил читать, – откровенно призналась Христина. – Габриель и Бернар показали мне буквы, научили, как нужно произносить их, а потом я понемногу стала читать сама.

– Я понимать, я многому научить синьорину, – вмешался Паоло, который, как всегда, прислушивался к разговору детей. – Я приходить каждый день и выучить синьорину итальянскому языку, латинскому, музыке, рисованию, математике, греческому, еврейскому и еще многим языкам, – сказал он.

– Неужели, синьор Паоло, вы согласитесь учить меня? – с восторгом спросила Христина. – Ах, так хочется знать что-нибудь! Но попросите позволения у мамочки, без ее согласия я не смею учиться.

– Я уже бежать к ней, синьорина, – кивнул Перонни. – И вы посмотреть, что я совсем не такой глупый, как вы, может быть, думать.

Он отправился к Каролине Дезорм, которая разговаривала с де Нансе и быстро-быстро заговорил:

– Красавица синьора, белла, беллисима! Я, Паоло, художник… в душе. Я хотеть каждый день видеть ваши прекрасные волосы, черные, как вороново крыло, ваш чудный цвет лица, наслаждаться вашим великолепным умом, чтобы потом описать все это в роман или сказка. И я просить вас, белла синьора, позволить мне приходить к вам каждый день: я давать уроки маленькой синьорине, я быть ваш покорный слуга. Я завтракать у вас, потом снова давать ей уроки, потом гулять с вами, потом исполнять ваши поручения. Вот.

– Ха-ха-ха, – рассмеялась Каролина. – Какая смешная просьба! Хорошо, я согласна. Но ведь, если вы будете заниматься с Христиной, вам понадобится множество книг, бумаги и уж не знаю еще чего, а мне противно заниматься подобными вещами! Это так скучно!

Паоло стоял, не зная, что сказать, он не ожидал такого затруднения. Его смущенное лицо и опечаленные глазки Христины тронули де Нансе, и он любезно сказал:

– Вам не придется заниматься этим, милая соседка, у меня множество книг и тетрадей, уже ненужных Франсуа. Я с удовольствием пришлю их Христине для ее занятий с синьором Паоло.

– Отлично, – радостно сказала Каролина. – В таком случае, милейший синьор Паоло, приходите, когда вам вздумается и как угодно часто. Я рада, что мое общество доставляет вам такое удовольствие.

– Я благодарить вас, синьора, – сказал Паоло, – вы так же добр, как и прекрасен. До завтра.

Паоло ушел, оставив Христину в полном восторге. Франсуа был очень доволен, видя счастливое выражение на личике своей приятельницы, маленький де Нансе радовался, что ему удалось с таким малым трудом исполнить желание доброй Христины, итальянца Перонни, а главное, развеселить своего любимого отца.

Когда отец и сын остались наедине, Франсуа горячо поблагодарил де Нансе за то, что он оказал такую услугу бедной Христине, и тут же рассказал, как одинока была эта девочка. Он передал ему также все, что произошло между ним и Морисом, повторил все ласковые, добрые и разумные замечания маленькой Дезорм.

– Я очень люблю ее, – сказал де Нансе, – она действительно доброе, хорошее существо. Тебе следует видеться с ней как можно чаще, Франсуа, она лучше всех остальных детей в округе.

На следующее утро после обеда в доме Дезорм Христина встала очень рано, так как ее бонна была приглашена на деревенскую свадьбу и хотела отделаться от Христины как можно скорее.

– Идите, спросите утренний завтрак, – сказала Минна, когда Христина была уже одета. – Мне некогда возиться с вами, я еще должна выгладить себе платье. И пожалуйста, постарайтесь не попадаться на глаза вашему отцу. Если только он встретится с вами, я задам вам такую трепку, что запомните надолго.

Христина побежала в кухню, чтобы попросить молока и хлеба. На каждом шагу она тревожно оглядывалась по сторонам.

– Чего вы боитесь, барышня? – спросил ее кучер, который сидел за столом и завтракал.

– Я боюсь, – ответила Христина, – что придет папа и увидит меня.

– Так что же за беда, барышня? – спросил ее повар. – Ваш папа никогда не бранит вас.

– Моя бонна не хочет, чтобы папа видел меня в кухне, – ответила Христина.

– Да ведь она же сама послала вас сюда, – удивился кучер.

– Видите ли, она идет на свадьбу и гладит себе платье, – продолжала девочка.

– Отлично! И поэтому она бросила вас, как узелок грязного белья, – покачал головой кучер. – На вашем месте, барышня, я бы все рассказал барину.

– Но ведь тогда Минна меня прибьет, а мама все равно не поверит.

– Зато барин поверит, – заметил кучер.

– Может быть, поверит, – вздохнула Христина. – Только он так не любит сердить мамочку… Ну, теперь мне нужно уйти. Будьте так добры, – обратилась она к повару, – дайте мне утренний завтрак.