– Ах, барышня, – сказал повар, – как же я дам вам шоколад? Вам его не снести, вы, наверное, обварите себе ручки.

– Да я не пью шоколада, – возразила девочка, – я всегда ем только хлеб и размачиваю его в холодном молоке.

– Не может быть, – возмутился повар. – Ваша бонна каждый день приходит за шоколадом для вас!.

– Она сама пьет его, – прошептала Христина.

– Ну разве это не ужасно? – всплеснул руками повар. – Ах, бедная девочка! Ну, не грех ли красть у нее завтраки? Вот, барышня, – прибавил он, подавая ей чашку шоколада, – возьмите, сядьте к столику и спокойно выпейте.

– Я боюсь, – засомневалась Христина. – Вдруг придет папа?

– Идите в буфетную, – продолжал повар, – там вас никто не увидит.

Повар, человек очень добрый и порядочный, провел Христину в буфетную, усадил ее за стол, поставив перед ней большую чашку шоколада и тарелку с двумя пухлыми пирожками. Девочка с удовольствием завтракала, когда до нее долетел неприятный голос бонны.

– Траншан, пожалуйста, дайте поскорее шоколад для Христины, – сказала немка.

– Я его не варил, – резко ответил повар.

– Как? Вы не приготовили завтрака для барышни?

– Напротив, вы прислали ее за хлебом без масла и за холодным молоком, я и дал ей то, чего она просила.

– Между тем мне нужен ее шоколад.

– А я вам его не дам.

– Как вы смеете! Я пожалуюсь барыне.

– Жалуйтесь, если хотите, и говорите ей все, что вам угодно, только оставьте меня в покое, – пожал плечами повар.

Минна ушла в полном бешенстве. Идти жаловаться теперь не стоило, следовало дождаться, чтобы Каролина Дезорм проснулась. Ждать пришлось долго, и бонна сердилась все больше и больше.

Испуганная Христина не решилась вернуться в свою комнату, до самого появления Паоло она оставалась во дворе. Девочка нетерпеливо ждала Перонни, так как считала его своим заступником. Наконец он появился с большим свертком под мышкой. Христина с искренней радостью встретила его, и это тронуло итальянца и еще увеличило его расположение к девочке.

– Вот, синьорина, – сказал он, – это большой сверток для вас.

– Для меня? Что же там такое?

– Де Нансе прислать вам книги, тетради, перья, карандаши – все для уроков. Только он просить вас никому не показывать это и говорить только о книгах, которые он обещать для ваша синьора мама.

– Почему же?

– Потому что иначе посторонние подумать, что ваша мама отказывать вам в необходимых вещах, а это будет обижать ее.

– Я ни за что, ни за что не хотела бы опечалить мою мамочку, – воскликнула Христина. – Пожалуйста, передайте это доброму де Нансе и от всей души поблагодарите его, а также моего милого Франсуа. Если же меня спросят, кто прислал мне все эти вещи, что я должна сказать, чтобы не солгать? Я не хочу говорить неправды.

– Вы сказать, что все это принес добрый Паоло, – с усмешкой заметил итальянец. – Ведь это же правда? Впрочем, никто не спросить. Ваш папа подумать, что это мама, а мама подумать, что это папа.

Христина весело засмеялась и, довольная, спрятала все принесенное в маленький комод. После этого начался урок.

Между тем Каролина проснулась, в ту же минуту к ней вошла немка и принялась жаловаться на повара, который, по ее словам, не хотел дать Христине шоколада.

– Боже мой, как все это невыносимо скучно, – сказала молодая женщина. – Как вам, Минна, не надоест вечно ссориться с кем-нибудь!

– Но ведь фрау Дезорм понимает, что я не могу оставить Христину без завтрака, – ответила немка.

– Знаю, знаю, – продолжала Каролина. – Только разве вы не можете как-нибудь договориться между собой, не заставляя меня вмешиваться в ваши ссоры? Что я могу теперь сделать? Вы хотите, чтобы я позвала повара и сделала ему выговор? Боже мой, какая скука, какая тоска! Позовите моего мужа, скажите, что мне нужно с ним поговорить.

– Может быть, фрау Дезорм пожелает, чтобы я лучше позвала повара? – спросила Минна.

– Вот уж нет! Как раз именно этого я и хочу избежать, – сказала Каролина капризным тоном.

– Может быть, фрау Дезорм напишет ему приказание, это будет лучше, чем тревожить барина.

– Какие глупости вы придумываете, – заметила Каролина Дезорм. – Вы хотите, чтобы я писала повару, когда я могу просто говорить с ним! Идите и тотчас же позовите моего мужа.

– Но, фрау Дезорм…

– Молчите, я и слышать ничего не хочу, – зажимая уши сказала молодая женщина. – Сейчас же позовите моего мужа.

Минна вышла из комнаты, но и не подумала исполнить приказания своей госпожи. Ей было очень досадно, что она не может заняться своими нарядами, и она решила все выместить на бедной Христине, которая была, по ее мнению, причиной всех неприятностей. «Да где же эта дурочка? – думала она. – Я с самого утра ее не видела».