С практической точки зрения, неважно, каков принцип действия изложенных подходов. Факт остается фактом - они действуют. Вы должны им доверять. Вернитесь к предыдущей главе, к техникам, предполагающим использование силы воображения. Любой из них вы можете воспользоваться и для улучшения настроения. Разве что внесите коррективы в содержательную сторону вопроса. Ваша цель - улучшить свое настроение или, если хотите, выработать в себе позитивное отношение к действительности.

Важную роль в этом играет успешное овладение приемами релаксации и расслабленного сосредоточения. Они требуют времени, а ведь когда человек чувствует себя плохо, он обычно ждет мгновенной помощи. Прежде, чем вы овладеете релаксацией, можете оказать себе помощь тем, что для своих занятий будете использовать время непосредственно перед сном или сразу после пробуждения; еще лучше - оба эти момента.

Коммуникация

ЕСЛИ исходить из первоначального смысла понятия "коммуникация", то речь идет о путях сообщения, связывающих какие-либо части здания или объекты. Это путь, ведущий из пункта А в пункт Б и устроенный таким образом, чтобы по нему было удобно передвигаться. Такими же "удобо-проходимыми" хотелось бы иметь и пути, по которым к нам поступает информация. Но с этим, конечно, дело обстоит сложнее.

Возьмем, к примеру, радиосигналы. Качество звука, который мы слышим из приемника, во многом зависит от чистоты канала распространения радиоволн (могут иметь место помехи), однако не менее важно и качество передающего и принимающего устройств. Речь идет о языке техники. Кроме того, всем известно, что с помощью качественного передатчика можно передавать в эфир как информацию, так и дезинформацию. То же относится и к приему. Важно не только то, что именно и в каком виде доходит до слушателя, но и то, что этот слушатель хочет или не хочет воспринимать, если говорить о занимаемой им позиции, его взглядах и предубеждениях. У радио сидят не автоматы, а живые люди. Они же находятся и у микрофона. Последним, как и всем нам, свойственны противоречивые взгляды и предрассудки, оказывающие влияние на все, что они говорят. Если диктору надлежит что-либо назвать белым, а он в этом полностью не уверен, в его речь непроизвольно (или же он делает это сознательно, хотя подобные взгляды не разделяются его начальством) закрадываются оценочные нотки. И слушатель "между строк" улавливает, что все это темно-светло-серое, отнюдь не белоснежное, могло бы быть белым, если бы... не выглядело таким блеклым, несколько затасканным, пожелтевшим, запыленным, а то и засаленным, и даже испещренным какими-то крапинками.

Искусству чтения мыслей "между строк" мы обучились почти в совершенстве, однако это не распространилось на сферу наших ежедневных контактов. Мы по-прежнему тешим себя иллюзиями насчет того, что и как сообщаем друг другу и что воспринимаем из выступлений других людей. Перечень наших грехов общения внушителен. Приведем из него лишь некоторые.

1) Мы с вами переоцениваем слова. В гораздо большей степени значение и смысл сообщаемого содержатся в невербальных проявлениях, которыми данные слова сопровождаются. Немалую роль играют оттенки речи (например, саркастический тон совершенно меняет смысл высказывания). Важны интенсивность и скорость речи (очевидна разница между криком во все горло и спокойным тихим сообщением), немаловажно также и то, как мы выглядим во время разговора, какие жесты себе позволяем, как стоим (скажем, расслабленно или, напротив, в позе хищника, готовящегося к прыжку).

Давайте попробуем по-разному произнести фразу: "Ну, так иди в ресторан!". Представьте, будто слова эти говорит жена своему подвыпившему муженьку, требующему в полночь накормить его ужином. Затем произнесите это как реплику супруги, муж которой только что раскритиковал качество предложенной ему еды. Попробуйте сказать данную фразу в виде просьбы женщины, которая ждет не дождется, когда ее муж сбегает за прохладительными напитками, а потом в форме доброго совета одной приятельницы другой, сетующей на то, что она не знает, где купить готовые кнедлики*. Или в качестве такого же доброго совета знакомому, который в отчаянии от того, что не может найти жестянщика. Это тоже будет звучать несколько иначе. Чувствуете разницу? Между тем слова одни и те же, меняется лишь контекст (поэтому, кстати, мы всегда однозначно понимаем фразы из романов - там он всегда ясен).

2) В большинстве сообщений присутствует (по крайней мере, должна присутствовать) информация, или, если угодно, факты и оценка излагаемого говорящим, то есть считает ли он данный факт кошмарным, плохим, хорошим или прекрасным.

К примеру, сообщение о том, что партия XY получила в парламенте восемьдесят процентов мест, может быть подано и как трагедия, и как самое радостное событие года. Но выборы проходят нечасто, в то время как свой оценочный подход мы демонстрируем сотни раз в день. Например, если мы скажем девушке: "Что и говорить, волосы у тебя длинные!", то из написания данной фразы еще не будет понятно, восхищаемся мы ее волосами или же даем понять, что, мол, волос-то длинен, да ум короток. Впрочем, наши собеседники не всегда улавливают подтекст, даже имея в распоряжении невербальную информацию. А может, и улавливают, однако их ответы не позволяют установить, на что же именно они реагируют: на факт, содержащийся в сообщении, или на оценочную позицию говорящего.

3) Можно вести ангельские речи, но если наши помыслы нечисты, то все старания будут тщетны. В этом смысле наше поведение не обязательно носит конкретный характер. К примеру, мы можем твердить кому-либо, как сильно мы к нему привязаны, а стоит ему позвонить и сказать, что только что от него уехала неотложка, температура у него под сорок и он просит сбегать в аптеку за лекарством, как мы тут же сообщаем, что не имеем возможности помочь, поскольку опаздываем в кино. Если наши вербальные проявления находятся в противоречии с невербальными, результат закономерен. На словесном уровне такой стиль поведения характеризует фраза:

"Мягко стелет, да жестко спать".

4) В теории распространения информации предполагается, что при отсутствии помех на линии сообщение, передаваемое в эфир, будет принято без искажений. Несомненно, при распространении радиоволн так оно и происходит. Иначе обстоит дело с людьми. Казалось бы, они говорят на одном языке, однако даже в одном городе они могут по-разному восприни мать одни и те же слова.

В итоге возникают мучительные, а порой и комические ситуации. Нынешние школьники, благодаря знанию словацких слов, выразительно ухмыляются при чтении "Разбойничьей сказки" К. Чапека. Им невдомек, что великий писатель, назвав возлюбленную разбойника Кокоткой, имел в виду французское по происхождению слово "кокетка", а не созвучное ему в чешском языке уменьшительное обозначение фаллоса.