Шрифт:
– Медсёстры, товарищ министр. Были ещё при хозя... при товарище Сталине.
– При хозяине? – усмехнулся Берия, сверкнув стёклышками пенсне. – Тэпер я здесь хозяин.
– Так точно! – вытянулся начальник охраны.
– Эх, хорошо тут у вас!.. – огляделся Берия и, уперев руки в боки, глубоко вдохнул. – Воздух какой, а?..
– Так точно! – тянулся начальник охраны. – Воздух отличный!
– Как разбэрусь в Москве с дэлами, сюда пэрееду, ей богу!.. Ну, пойдём, поглядим, что там у вас.
Они направились в дом. Берия походил по даче, осмотрел комнаты, буфетную, заглянул в ванные и туалеты.
– Хорошо, - сказал он, и подмигнул майору:
– Пойду с медсёстрами разбэрусь, что с ными дэлать... Ты не хады, - и направился в медпункт.
Через какое-то время майор услышал, что министр в медпункте осерчал, повысил голос и даже пристукнул ладонью по столу; потом надолго установилась тишина...
Примерно через час Берия вышел, и начальник охраны поспешил ему навстречу.
– Ну, что, товарищ министр? – услужливо поинтересовался он.
– Вдул! – ответил довольный Берия, и майор понимающе заулыбался.
– Какой из них, товарищ министр? – захихикал начальник охраны.
– Обэим. Пусть знают, кто здэсь новый хазяин... Будут они дежурить как всегда. Один выходной в нэделю им можна... Но не вместе! Понял?
– Так точно!
– Смотри мне!.. А то тоже вдую, - пошутил новый хозяин, и крикнул шофёру: - Хрусталёв, машину!
* * *
– Отринь надежду, всяк сюда входящий!
Ты в жизни был мудило настоящий...
– А будь ты в прошлой жизни не мудак,
Сюда бы не попал бы ты никак!
* * *
...Пред ним раскрылись врата Ада, и демон, зажав трубку с Иосифом в зубах, ступил под его мрачные своды.
Тёмные бездонные пространства, освещаемые горящими огнями печей, костров и факелов, предстали перед ним. Под высокими сводами метались тени пробегавших чертенят на посылках; с молодым блеском в глазах и вилами наперевес вышагивали отряды чертей призывного возраста; с папками под мышками степенно постукивали копытами заслуженные работники Ада, достигшие уже чинов известных. Нацепив чёрные крылья, пролетали под сводами быстрые адские курьеры.
Вдалеке, в неверном свете печей, оглашаемые стенаниями и воплями, тянулись куда-то серые сонмы грешников, нескончаемым потоком втекающие из приёмного лифта. Ещё далее, освещая чёрные своды и приводя в ужас грешников, плескалась жидким огнём магма, сиречь Геенна огненная.
– Агасфер, ты ли это? – окликнули демона, и он обернулся.
В отблесках пламени на него смотрело и улыбалось до ушей милейшее рогатое хайло старого товарища и однокашника.
– Агамемнон!
Они обнялись. Потискав друг друга и троекратно стукнувшись рогами, как это было заведено у них в школе, друзья дали волю чувствам.
– Да ты джентльменом! – хохотал Агамемнон, разглядывая Агасфера. – Сто лет тебя не видел... Ты где трубку надыбал, чёртушка? И вообще, откуда ты?
– Только что с поверхности. Выполнял особое поручение Его Адского величества...
– Люцифера?? – перешёл его друг на шёпот. – Так ты, что же, допущен в сферы?
– Пока нет, друг мой, но надеюсь... Ты-то по какому сейчас классу?
– Да уже по восьмому, брат-чёртяка! – с гордостью говорил Агамемнон, приосаниваясь. – А помнишь, как начинали-то, чертенятами наивными?.. Ну, а ты? Небось, обскакал меня? Давай угадаю: по шестому служишь?
– Да нет, друг, я уже по пятому...
– Ого! – обалдел Агамемнон и уважительно добавил: - Ваше превосходительство, позвольте вас сопроводить?
– Давай, брат-чёрт, без чинов! – отвечал Агасфер с досадой. – Без этого, знаешь, чёртова лизоблюдства.
И он ткнул товарища кулаком под дых. Тот согнулся, захекал и согласно закивал.
– Так что за поручение у тебя было? – осторожно спросил Агамемнон, когда отдышался, и они, не спеша постукивая копытами, направились вдоль адского проспекта. – Или секрет?
– Секрет, но не от тебя же... Такого грешника добыл великого! Таких, брат, на Земле за всю историю от Адама единицы были. Адское Величество будет доволен.
– И где же он, этот грешник? – живо оглянулся и посмотрел ему за спину Агамемнон. – Не с тобой?
– Со мной! – ухмыльнулся демон, вынул изо рта трубку и показал товарищу. – Вот здесь он. В трубку его забил...
Агамемнон заглянул в трубку, наполненную чем-то серым и желеобразным, и потыкал туда своим длинным острым когтем. Из трубки запищало.