Она не ответила. Никон закрыл глаза и сжал кулаки. Да о чем он вообще думает? Неужели он опустился до того, что бы шантажировать человека таким ужасным способом? Если так, то чем он лучше людей, готовых добиваться своих целей самыми отвратительными способами?

Нежные теплые губы коснулись его, заставив сердце биться с утроенной скоростью. Никон автоматически обнял её за талию и прижал к себе, не разрывая поцелуй.

В этот момент земля под ними разверзлась, и они обои провалились под землю.

Дантелион пришел, как только ушла Кая.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался он.

— Спасибо, на много лучше, — улыбнулась Марина.

Этот брюнет начинал ей нравиться все больше и больше.

— Мы так и не позавтракали как следует из-за этих толчков, — сказал Дантелион. — Принести поесть?

— Я не буду против.

— Я принесу, — сказал он и ушёл.

Странное начало дня. Марина воспользовалась моментом, быстро переоделась. Она достала небольшое зеркало из рюкзака, косметическую сумочку и принялась приводить себя в порядок. На голове у неё царил хаос, и ей стало стыдно, что она в таком виде была рядом с Дантелионом. Она собрала волосы в косичку, протерла лицо специальной салфеткой, которая удаляла все бактерии и очищала и освежала лицо.

Едва она закончила, как в палатку зашел Дантелион с подносом в руке.

— Ты долго, — заметила Марина.

— Надо было кое-кого просмотреть, — ответил он, — ставя подносы на пол. Впрочем, они повисли в полуметре от поверхности.

Марина устроилась удобнее и принялась за еду. Хотя еда её несколько разочаровала. Она была странная, уплотненная. Вкус у неё был не очень приятны.

— Впервые на раскопках? — спросил Дантелион.

— Неужели по мне не видно? — удивилась Марина.

— Видно, — он побрызгал её порцию каким-то спреем, после чего сделал то же самое себе. — Это заменитель вкуса, — пояснил он, отвечая немому вопросу Марины. — Такие вещи часто применяют в экспедициях. Не возьмут же они все блюда в том виде, в каком мы их привыкли есть. А так всего лишь сжали необходимы элементы. Осталось лишь добавить немного спрея и готово.

— Понятно, — ответила Марина.

И действительно, появился запах курицы. Да и на вкус эта застывшая каша, так её назвала Марина, была куриной.

— Интересное начало экспедиции, не находишь? — поинтересовался Дантелион.

— Интересное, — кивнула Марина. — Учитывая то, что я в подобной экспедиции впервые.

— Дерись меня, и тебе не придется здесь скучать, — подмигнул он ей, отчего Марина покраснела.

Как ни странно, но после такого завтрака Марина чувствовала себя вполне сносно. Поэтому, когда поев, Дантелион предложил Марине пройтись осмотреть лагерь, по звукам в котором уже многие отошли от столь странного и чрезвычайного происшествия, кипела жизнь.

Марина смогла увидеть то, что вчера весь день не смогла рассмотреть, да и некоторое время назад тоже. Лагерь был построен кругом и загорожен защитным полем, которое было не видно для простых глаз. Но Марина его заприметила по тому, что почти в центре лагеря стоял длинный, под метра три, железный штык. Именно он испускал поле. В закрытом состоянии он складывался в небольшую двадцати пяти сантиметровую трубу, достаточно компактно и надежно. Этот щит был магического происхождения, а рядом с ним стояли три чёрных ящика, которые, вероятно, и являлись теми самыми генераторами. На каждом из ящиков был индикатор, а так же несколько кнопок, которые и регулировали состояние этих генераторов.

По всему лагерю насчитывалось около тридцати палаток разных цветов и размеров. И было ещё три огромные, намного превосходившие все остальные. Разумные и роботы носились туда сюда, занимаясь своими делам.

— Дантелион…

— Можно просто Данте, — поправил тот.

— Данте, а для чего те палатки? — спросила Марина, указывая на самые большие и выделяющиеся.

— Там работаю ученные. Все найденные вещи они несут сначала в одну, проверяя её на наличие заклятий и всего в этом роде. Самый опасный этап. Во второй проверяются сохранность, свойства, пригодность, ценность ну и все, что останется после первой. А в третьей уже идет классификация, зачисление в каталог и последующая упаковка.

— Вот как, — удивилась Марина. — Я и представления не имела. А много артефактов остается после первой стадии?

— Сорок, тридцать процентов. Плюс ещё процентов двадцать отвеиваются на второй за либо непригодность, либо за опасность, — ответил он.

— Интересно, — сказала Марина. — А ты много раз бывал на раскопках?

— Это мой триста сорок второй раз, — ответил он.

— ОГО! — воскликнула Марина. — Да ты специалист!

— Не то, что бы. Я по своей профессии политик, — ответил он смущенно. — Просто мне интересна история, эволюция. Я люблю бывать на палеонтологических раскопках разных миров. Изучаю ходы эволюции, генетику и кибернетику.