Когда я впервые увидела его в яме, самым большим, чем он выделился, так это своим ростом — Койот был под метр девяносто. Был ли он крупным и подкаченным? Нет. Он был жилистым и очень худым.

Его волосы, точнее волосы всех бойцов, всегда были коротко острижены. У Койота они напоминали густой ёжик каштанового цвета. Его ярко-зелёные глаза всегда были широко открыты, но не от страха, а скорее для того, чтобы не упустить из виду не одной мелочи. Его пухлые губы, насыщенно-красного цвета, ярким пятном выделялись на фоне бледной кожи. Его волевой подбородок всегда казался излишне напряжённым, словно он никогда не расслабляет сжатую челюсть, хотя… какое тут излишество, если он находился в самом центре кровопролитных боёв.

На вид ему было лет восемнадцать-девятнадцать — ещё совсем молодой парень. Не знаю почему я выделила его из всех остальных бойцов, точно не по той же причине, по какой выделили его все остальные девушки. Мужчины меня вообще не интересовали. Меня вообще никто не интересовал.

Но столько фанатов, сколько заполучил себе он после первого появления в яме — было рекордом. На первом своём бою он избавился от противника ровно за две минуты сорок секунд, нанеся один точный и проворный удар кулаком в щитовидный хрящ. Его противнику ещё пришлось помучаться перед смертью. Это конечно тоже привлекло моё внимание, но было не главным. Меня поражало его хладнокровие. Обычно, бойцы, особенно новички, пытались сбежать, молили о пощаде, отказывались драться, или даже, бывало, плакали. Самые сильные и оборзевшие наоборот вели себя вызывающе: заводили толпу, раскрашивали лица краской, осыпали противников угрозами. Эти бои приносили им такое же наслаждение, как и тем, кто пришёл посмотреть.

Но не Койот. Он был другим. Каждый раз на его лицо будто бы была надета маска из стали. Его глаза были ледяными и сосредоточенными, взгляд хладнокровным и глубокомысленным. Он был, как робот. Он выходил на арену, убивал противника и уходил. С каждым новым боем армия его фанатов росла. Столько ставок, сколько я приняла на него за три года, не удосужился не один боец. Хотя я всегда была уверена, что всё это его вообще не интересует. Ведь для самого себя он был всего лишь рабом Скверны — их ручным убийцей.

Койот был одиночкой. Как-то раз я услышала разговор двух головорезов из Скверны, они трепались о том, что если этого парня не прикончат на арене, то в ближайшее время ему перережут горло, когда он будет просто обедать, или качать пресс. Койот ни с кем не контачил. Ни с кем не спорил. И ни с кем не разговаривал. Вообще. Головорезы из Скверны считали его немым.

С каждым месяцем тело Койота менялось, приобретая твёрдые рельефы. Кубики пресса на животе и мускулы на руках росли со скоростью света, но было очевидно — он не собирался себя перекачивать, он должен был оставаться проворным и лишние объёмы тела, пусть даже стальные, ему ни к чему.

С годами его тело стало идеальным, а удары ещё более отточенными, ещё более смертоносными. Его никто не мог сломить.

На третьем году его участия в боях, Скверна решила ввести в игру другого фаворита — такого же молодого паренька, которым Койот был когда-то. Паренька называли Панда. У Скверны была странная привычка называть бойцов, как животных.

Панда быстро набирал популярность, а Койота в это время стравливали с самыми сильными бойцами из всех имеющихся. Тогда-то бои и стали длиться намного дольше, чем раньше. Помню, как сгрызла весь карандаш от нервов, наблюдая, как его убивают. Если честно, все думали, что это был его последний бой. Но Койот вновь победил. Я уверена, у него было сломано много рёбер, лица, из-под крови и гематом вообще не было видно, он сильно хромал, а его левая рука болталась вдоль тела словно бездушный хлыст. И ему не дали время на восстановление.

Панда был его следующим противником. Разве это был не самый лучший шанс для молодого бойца заполучить на свою сторону всех фанатов, убив на дуэли самого Койта? Да, это был его шанс стать новым чемпионом.

Я искусала губы в кровь ещё до начала боя. Костяшки моих пальцев побелели — так сильно я сжимала кулаки. Ведь это было не правильно и ни разу не справедливо! Разве такой боец, как он, заслужил такой конец?!

Фанаты разделились на два лагеря. Одни неодобряюще свистели, другие довольно рукоплескали. Это был бой века.

Вот только он не спешил начинаться. Ни Койот, ни Панда не двигались с места. Они беспрерывно смотрели друг на друга и не шевелились. Что межу ними происходило? Потом я ещё долго ломала над этим голову. Одно было ясно точно — ни один, ни второй, не хочет убивать друг друга. Неужели Койот обзавёлся другом?..

Их подбивали палками в спины и угрожали спустить собак, но ни один из них не двигался в сторону противника. Панда что-то прокричал головорезам и получил палкой в лицо. И Панда явно не владел самообладанием Койота, потому что вскочив на ноги, вырвал палку из рук охранника и ударил ему по спине. Второй охранник спохватился и ударил Панде под дых, тот сложился пополам.

Всё это время Койот стоял неподвижно, но готова поклясться, за все три года, что я наблюдала за ним в яме, стальная маска на его лице впервые дала сбой, обнажив глубокую впадинку между густыми бровями. Его глаза больше не были двумя безразличными кусками льда — они светились от гнева, горели адским пламенем, предвещающим новый Конец света.

Мне кажется, Койот знал, на что идёт. Он был готов умереть на этом бою. Только по-другому, не от рук Панды.

Койот схватился за палку своего охранника и, рванув на себя, перекинул головореза через голову, швырнув спиной о каменный пол. Пистолет блеснул чёрным металлом в руках охранника, но уже спустя секунду оказался в руках Койота и тот, не став долго думать, выстрелил охраннику прямо в сердце.