Кажется, я даже перестала дышать.

Мой спаситель внезапно зашевелился, выудив из нагрудного кармана джинсовой куртки рацию.

— Открыть главные ворота, я подъезжаю. — Его голос был низкий и слегка хрипловатый, словно он долгое время кричал, но никак не старый. В тоже время в нём ясно слышались властные нотки, вероятно этот человек был не из последних в этом городе.

Проехав через двойные ворота с металлической решёткой, мы промчались по тёмному тоннелю и миновали ещё одни ворота — толстые, как дверь от огромного сейфа.

Незнакомец не стал останавливаться и покатил дальше по широкой дороге выложенной гладким камнем, на ней не было ни одной выбоины, или трещины, словно эту дорогу соорудили не так давно.

В тот миг, когда я уже собралась оглядеться, чтобы понять где нахожусь, мотоцикл резко остановился и моё запястье будто сдавило тисками. Ещё миг и незнакомец в шлеме швырнул меня на землю. Я больно стукнулась травмированным плечом и прикусила губу, подавляя стон. Байкер вернулся к мотоциклу и, отвязав от руля маленький кожаный мешочек, спрятал его под куртку.

Раздался топот ног. Я на автомате выхватила из-за пояса пистолет, но его тут же вырвали из моей руки и, схватив за искалечено плечо, заставили подняться на ноги. Это был незнакомец в шлеме и, сейчас, в его действиях совсем не было доброжелательности.

Вокруг нас столпились люди. Я не могла понять, что на них одето: половина была в серых рубах одинакового покроя, и создавалось ощущение, что все эти вещи шились вручную. Многие держали в руках факелы, так что вокруг было поразительно светло — как днём.

Мой взгляд метался от одного лица к другому. Я пыталась определить, понять их намерения. А что если они гораздо хуже тех, кто живёт в Скале?..

Я вновь уставилась на байкера, как раз в тот момент, когда он снимал с головы шлем. Всё внутри меня взорвалось, когда я увидела его лицо. Ярко-зелёные глаза цвета первой травы по весне смотрели на меня с подозрением. Тёмно-каштановые волосы немного прикрывали уши и торчали во все стороны, то ли по своей природе, то ли благодаря шлему, однозначно — это выглядело так, как надо. Высокие скулы и волевой подбородок слегка заросший щетиной, играл желваками на лице, от того, как крепко парень сжимал челюсть. Идеально ровный нос, пухлые, будто бы налитые кровью губы и загорелая кожа, которая когда-то была цвета словной кости.

Кажется, везение меня не покидало.

Это был он — тот, кого я икала.

Я нашла его.

Глава 6

Бойцовские ямы. Там я проработала три года после смерти Завира. И это было не плохо, учитывая все нюансы по поводу обещанной свободы.

Мне разрешили жить в здании, отведённом под персонал работающий в бойцовском клубе. Ко мне больше не была приставлена охрана из двух головорезов. И мне платил зарплату. Обычно это была еда, одежда или средства личной гигиены. Скверна платила так всем, кто на неё работал. Все бойцовские ямы в городе принадлежали им. И Завир был тем, кто придумал для Скалы это развлечение.

Вид моей деятельности, конечно, оставлял желать лучшего, так как пять дней в неделю я передвигалась от одной ямы к другой — всего их было три, — и лицезрела кровопролитную чертовщину, что там творилась. Иногда были турниры, иногда показательные бои, суть одна — один из бойцов превращал другого в мясо, на глазах у сотен озверевших от наслаждения наблюдателей.

Это было жестоко. К этому надо было привыкнуть.

Скверна содержала таких бойцов, превращая их в рабов. Их натаскивали, как собак и выставляли на арену для зрелищ. Никогда не понимала: неужели произошло недостаточно плохого, что людям всё равно необходимо лицезреть нечто настолько аморальное?.. Они жаждали крови. И конечно же платили за место вокруг бойцовской ямы, делали ставки и выбирали своих любимцев — бойцов, — обычных молодых парней и мужчин постарше, которых считали животными.

Это была ещё одна ниша, помимо борделей, в которой Скверна заработала репутацию лидера. Бои хотели лицезреть все. Довольно часто в Скалу даже приезжали из других городов…

Моя задача заключалась в том, чтобы принимать ставки, я была кем-то вроде букмекера. Сидела в стороночке с блокнотом для записей и карандашом и помечала кто, что и на кого сегодня ставит. В рабочее время рядом со мной была охрана, не для меня, а для барахла, которое ставили на кон. Рядом со мной сидел ещё один человек — низкий мужчина с пузиком, который бил в гонг и выпускал собак в яму в случае неповиновения бойцов. Клетки с обезумевшими от голода и ярости животными стояли в четырёх местах вокруг ямы. И надо сказать, их довольно часто открывали.

Спустя пару месяцев после такой незаурядной работы, я увидела в яме его.

Скверна прозвала его Койот.

Что я знаю о койотах? Это животные, обитающие в Северной Америки, хищники, похожие на волков. Я понятия не имею почему Скверна прозвала его именно так, вряд ли они вообще сильно над этим задумывались. Но возможно… возможно потому, что этот парень был невероятно живуч. Койоты были такие. Ели почти всё, легко приспосабливались в новой среде обитания, только вот койот скорее стайное животное, а этот парень… он был законченный одиночка.