Двор был просторным, где-то росли цветы, их головки были вялыми и поникшими в силу наступления осени, по идее сейчас вообще должен валить снег, но цветы были здесь и казались просто спящими. Это было потрясающе. Я давно их не видела.

Звёзды усыпали небо плотными скоплениями созвездий, они казались такими близкими и такими холодными… как глаза Чейза. Мою горячую кожу остудил прохладный ветер и я вдохнула полной грудью, устремив лицо к небу. Как же мне этого не хватало. Свет луны проникал сквозь закрытые веки, пропитывая своим сиянием каждую клеточку моей кожи. Ветер трепал волосы и скользил по шее…

Я распахнула глаза, чувствуя себя почти живой. Чейз наблюдал за мной всё это время, словно понимая, что ближайший месяц я могу провести на койке с бинтами вокруг торса. Он позволял мне насытиться последними глотками свежего воздуха, пока я ещё являлась самой собой, а не собственностью Креста, или завтраком для тварей.

Он облизал насыщенно-красные губы и зашагал дальше.

Я молча пошла следом.

Мы продвигались по узкой, мощённой камешками, дорожке, между одноэтажными зданиями похожими на сараи и, вскоре, остановились возле железных контейнеров с большими бочками вместо крыши.

Чейз удостоил меня взгляда.

— У тебя десять минут.

— Вот блин, правда душ? — разочарованно вздохнула я. — А-я то думала Дакир решил помочь мне свалить отсюда. Подогнал машину и всё такое.

Лицо Чейза было непроницаемым.

— Ладно, это шутка такая, — скривилась я.

Так вот почему от Чейза пахло дождём — вода в бочке над моей головой была дождевой. И дико холодной. А в моём лихорадочном состоянии этот душ мог сказаться плачевными последствиями. Но я просто не могла и дальше ходить настолько грязной!

Я мылась до тех пор, пока стук моих зубов не стал громче шума воды. Наспех обтёрлась выданным мне потрёпанным полотенцем и оделась в практически чистые вещи: чёрную майку без рукавов, клетчатую рубашку, чёрные эластичные штаны из термоткани — это была моя лучшая вещь; кожаная куртка и поношенные ботинки остались прежними. Я почистила зубы, зафиксировала руку на повязку, забрала всё грязное барахло и вышла из контейнера.

Чейз ждал меня сидя на большом камне подперев кулаками подбородок. В ярком лунном свете он выглядел, как произведение искусства. Уж я-то не то что он — готова была вечно смотреть на эту картину.

Что же со мной?.. Таблетки подействовали — жара нет. Что происходит с моим идеально выстроенным внутренним миром? Почему каждая клеточка моего организма реагирует на этого человека так странно? Словно внутри разгорается пожар.

Он поднялся на ноги и остановился в метре от меня. Его лицо выглядело усталым, как будто он не спал несколько ночей подряд. И казалось, он был здесь и в то же время где-то ещё, где-то далеко.

Верхние пуговицы на его рубашке были расстёгнуты, выставляя на показ твёрдые мышцы груди. Я не смогла уговорить свои глаза не смотреть туда. И кажется Чейз не оставил это без внимания.

— В первый раз вижу такую дуру.

Я резко вскинула брови.

— Немой разговорился? Сегодня праздник? — Пусть он и заставлял моё тело реагировать на него странным, новым для меня, образом, но на разум это не действовало. Им я владела безупречно, как и своим языком.

— Ты добавила своей спине ещё два удара.

Моё сердце перестало биться. Чёртов ублюдок. Блейк!!!

Я сглотнула, подавляя панику. Пять ударов мне не пережить. Я буду восстанавливаться месяцами, если мне и это позволят.

— Жаль, я думала ему понравилось прозвище, что я для него придумала. — Мой голос дрожал, глаза рыскали по округе выискивая дыру, или щель — путь к свободе.

Я связала мокрые волосы в тугой узел на затылке без использования резинки и уже прикидывала, смогу ли перебраться через ограждение. Быть может воспользоваться одной из вышек, там полюбому должна быть верёвочная лестница, как пожарный выход. Я вырублю охрану, заберу оружие и спущусь по лестнице. А если её там не будет…

— Ты первая, кто позволил себе разговаривать с ним в таком тоне, — прервал размышления голос Чейза, как раз в тот момент, когда я уже вроде бы нашла глазами проход между двумя тесно стоящими зданиями. — Забудь. Пока ты будешь туда бежать я пущу тебе пулю в затылок.

Я стрельнула в Чейза глазами не говорящими ничего хорошего. А что если попытаться забрать пистолет у него? Ха. У самого сильного человека из всех, что я видела?

— Ты не выстрелишь. Не станешь переводить пули, когда можешь раздавить меня одной рукой.

Чейз оказался ещё ближе, взирая на меня сверху-вниз. Его глаза сверкали при свете луны и не означали ничего хорошего. Когда он заговорил, я ощутила покалывание на коже от его тёплого дыхания.

— Ошибаешься — не рукой, — я смогу раздавить тебя одним пальцем. И очень быстро.